Как богословы извращают роль науки в жизни общества

богословы против науки

Одной из главных отличительных черт современной эпохи является невиданно возросшее влияние науки на общественную жизнь. Оно проникло во все сферы общества. На научной основе строятся современное производство, транспорт, средства связи. В странах, идущих по пути социализма, использование законов, раскрытых науками об обществе, положено в основу планирования всего экономического и культурного развития. Даже капиталистические монополии, игнорирующие принципиальные основы общественной науки, охотно используют выводы конкретных ее отраслей — экономики и организации промышленности, сельского хозяйства, статистики и др. 
 
Наука оказывает глубокое влияние и на быт людей. Мир окружающих нас в повседневной жизни предметов стал царством материализованной научной теории. Радиоприемник, мотоцикл, автомобиль, пылесос, электрическая лампочка, синтетическая ткань одежды и многие другие бытовые предметы появились в нашем обиходе только благодаря успехам науки. 
 
Рост влияния науки на жизнь людей не остался незамеченным религиозными идеологами, ибо он сопровождается дальнейшим ослаблением и без того сильно поколебленной позиции религии. Противодействуя атеистическим тенденциям, вызванным прогрессом науки, теологи всех направлений мобилизуют идеологические ресурсы для спасения положения религии. Они активно ищут пути к такому совмещению научно-технического прогресса с религией, при котором успехи науки представлялись бы боговдохновенными, не противоречащими религии, и в то же время их роль в жизни людей казалась бы гораздо менее важной, чем роль религии. 
 
Выработка позиции, примиряющей на. такой основе научно-технический прогресс с религией, потребовала от богословов модернизации фундаментальных положений религиозного мировоззрения, с одной стороны, и фальсификации действительной роли науки в жизни людей — с другой. Модернизации подверглись в той или иной мере почти все основные религиозные представления: о боге, о сотворении миpa и картине мироздания, о божественном управлении миром, о роли человека и другие. 
 
Богословские учения все дальше уходят от традиционного образа человекоподобного всемогущего творца и мироправителя, контролирующего во всех деталях мировой порядок («и волос с головы человека не упадет без воли божьей»). Бог все чаще фигурирует как сила, некогда создавшая мир, но после этого непосредственно не вмешивающаяся в ход природных событий. Воздействие бога на мир мыслится уже не как непосредственное направляющее участие его в мировых процессах, а через систему законов природы, которые хотя и провозглашаются божественными установлениями, но действуют  определенным образом, исключая всякий произвол. Таким образом, у бога в отношении природы не остается фактически никаких обязанностей, и все функции его сводятся к воздействию на человека. Недаром часть теологов (главным образом протестантских) утверждает, что религия вообще не претендует на объяснение природы или создание картины мира и занимается лишь делами человеческого спасения. Другие богословы (католики, православные), не решающиеся вовсе отстранить бога от природы, отказались от защиты той конкретной картины мира, которая содержится в Библии, и пытаются отстаивать лишь принципы божественного верховенства над миром. 
 
Основательно модернизируется и религиозное понимание роли человека в мире. Если для христианства в прошлом характерно было утверждение, что человек — это раб божий, покорностью и смирением перед волей божьей заслуживающий награду в загробном мире, то современные богословы упор делают на то, что человек создай по образу и подобию божию и поэтому его творческая и познавательная деятельность есть подобие божественной деятельности. Руками человека бог якобы продолжает творить и совершенствовать мир («восьмой день творения»), а успехи в научных исследованиях посылаются им людям как основа для выполнения этой обязанности. В энциклике римского папы Павла VI «Популорум прогрессио» (1966 г.) говорится: «Бог вменяет в долг человеку приложить свои разумные старания, дабы всемерно поднять полноценность первозданной природы и своим трудом довершить заложенные богом в ней возможности на благо человечеству. Бог, который одарил человека разумом, воображением и чувствительностью, предоставил ему этим самым возможность довершить его первозданное делание». 
 
Аналогичные высказывания о боговдохновенности открытий науки имеются и среди православных теологов. Доцент духовной академии Н. Заболотский утверждает, например: «Научные открытия современного человечества, производящие революцию в миропонимании, с благодарностью воспринимаются христианством как приближающие к идеалу совершенства, указанному Христом». В православии и особенно в католицизме постоянно предпринимаются попытки так сгруппировать и истолковать данные естествознания, которые еще не получили строгого теоретического обоснования, чтобы казалось необходимым признание природы продуктом деятельности сверхъестественного качала. 
 
Объявив развитие науки богоугодным, религиозные идеологи нередко призывают верующих стремиться к овладению научными знаниями. Типичным является поучение о долге современного христианина, помещенное в журнале «Братский вестник»: «Как для познания божиих планов, его святой воли, нам необходимо изучение Библии, так для большего познания Вселенной и всех сокровищ Земли, дарованных нам творцом, и использования их для блага человечества нам необходимо иметь глубокие познания. Поэтому каждый христианин должен стремиться всеми путями получить образование: в высших учебных заведениях, на различных курсах или через самообразование для их дальнейшего практического применения, в своем труде. Христианин должен быть широко развитым, культурным человеком...». 
 
Весьма показательным является и то, что богословы стараются приукрасить отношение религии к науке в прошлом, снять с религии обвинение во враждебности к развитию научного знания. Дескать, эта враждебность возникала не в силу существа религиозных идей, но в результате ошибок церковных деятелей, вызванных тогдашними условиями в обществе. Видный католический богослов Джулио Джирарди пишет: «Современный католицизм считает, что нетерпимость, которая им самим насаждалась и в определенной степени теоретически оправдывалась в другие эпохи, не свойственна ему, и связана с  
определенными историческими условиями, давно уже безвозвратно ушедшими в прошлое». 
 
Некоторые теологи уверяют, что виноваты были сами преследуемые церковью ученые: Галилей поддерживал не проверенную еще теорию Коперника и тем вносил смуту в умы верующих, Джордано Бруно был сожжен не за научные идеи, но за богохульство и ересь. Придавая познавательной и преобразующей деятельности ранг богоподобных теологи однако вовсе не намерены  
усматривать в них высшую задачу человека. С их точки зрения, познание мира и преобразование его важны лишь для земной преходящей и краткой жизни человека, но они ничего не дают для спасения и приобретения жизни вечной. Спасение человека достигается верой и исполнением религиозных предписаний. 
 
Исподволь и разными приемами идеологи религии внушают верующим мысль о слабости, узости и зыбкости научного знания, порождают у них убеждение в том, что развитие науки и техники несет людям не только благо, но и зло, если оно становится главным содержанием жизни и его результаты противопоставляются «истинам откровения». К критике богословских спекуляций, направленных на дискредитацию ценности науки, мы и перейдем теперь...

«Я плохо представляю, что происходит с людьми: они учатся не путем понимания. Они учатся каким-то другим способом — путем механического запоминания или как-то иначе. Их знания так хрупки!»

Ричард Фейнман