Экзистенциальный кризис

Экзистенциальный кризис

Быть человеком нелегко: что сейчас, что в прошлом. Шекспир не зря вложил в уста своего героя слова:
 
«Жизнь — сказка в пересказе 
Глупца. Она полна трескучих слов 
И ничего не значит».

Нейробиология все чаще это подтверждает. Чем больше ученые узнают о том, что представляет из себя человеческий мозг и как он функционирует, тем отчетливее понимают: человек — лишь сложная биологическая система, работающая в соответствии с законами природы — физическими, биологическими и химическими. Стивен Хокинг и многие другие ученые считают, что у нас нет ни души, ни собственного «я», ни особого предназначения.
 
Аналогичную идею раскрывают в последнем выпуске The Philosopher’s Magazine профессор философии и нейробиологии Оуэн Флэнаган и профессор философии Грэгг Карузо. Ничтожные букашки на крошечной планете посреди бесконечной вселенной, мы существуем безо всякой цели, а вовсе не потому, что этот мир создал для нас какой-нибудь бог. Эта концепция называется натурализм. У многих — осознают они это или нет — она вызывает сильный дискомфорт и желание во что бы то ни стало отыскать смысл жизни.
 
По словам Флэнагана и Карузо, этот кризис люди переживают независимо от степени осведомленности об открытиях нейробиологии. Исследователи пишут: «В настоящий момент мы наблюдаем третью волну экзистенциализма — нейроэкзистенциализм: страх перед тем, что полное разоблачение человеческой природы принесет с собой крушение иллюзий».
 
Волны экзистенциализма

Карузо и Флэнаган определяют экзистенциализм как осознание человеком собственной незначительности на фоне глубоких социальных и политических изменений. Как правило, это вызывает чувство глубокой неудовлетворенности и в итоге приводит к полному переосмыслению человеческой сущности и предназначения.
 
Первая волна экзистенциализма нашла свое выражение в работах таких мыслителей 19 века, как Сёрен Кьеркегор, Федор Достоевский и Фридрих Ницше. Они ломали голову над тем, как отличить добро от зла в мире без морального ориентира — Бога. В 20 веке, после Холокоста и Второй мировой войны, когда человечество стало свидетелем миллионов смертей, перенесло неисчислимые страдания, а его главные ценности и представления о добре были попраны, Жан-Поль Сартр, Альбер Камю, Симона де Бовуар и другие писатели пытались заново обрести смысл существования.
 
Экзистенциальный кризис 21 века, напротив, не связан ни с религией, ни с политикой. Его причина кроется в стремительном развитии науки, которая, по словам Флэнагана и Карузо, нанесла последний удар по таким понятиям, как Бог, душа, дух, личность и свобода воли. Ученые считают, что «нейроэкзистенциализм вызван ростом авторитета гуманитарных наук и несоответствием двух представлений о человеке — естественнонаучного и гуманитарного».
 
Это кризисное состояние проистекает из осознания того, что все наши эмоции и переживания — результат работы нейронов. Исследования доказывают, что интроспекция не позволяет выявить механизм работы разума, а после смерти ничего больше не будет. Если наша жизнь представляет собой совокупность мозговых процессов, а бессмертная душа — это миф, то о какой жизни может идти речь, когда мозг перестанет работать? А если мы лишь животные, движимые инстинктами и законами природы, то существуют ли на самом деле свобода воли и свобода выбора?
 
Кто мы на самом деле, определяют физиологические процессы. Решения принимает мозг, а не дух. «Бог умер», — провозгласил Ницше. Мог ли он подумать, что и сверхчеловек, которому под силу обойтись без Бога, тоже не появится? Более того, само желание жить, которое драматург-экзистенциалист Сэмюэл Беккет выразил через фразу «Я не могу продолжать. Я буду продолжать», на деле подчинен физиологическим механизмам.
 
Основанная на научных данных концепция «человек — это биологическая машина» и порождает современный экзистенциальный кризис. «По мере развития естественных наук укрепляется наше понимание механизмов, которые лежат в основе поведения человека, и становится все очевиднее, что никакая „душа“ нашим телом не управляет, — пишут Флэнаган и Карузо. — Больше нет оснований полагать, что существует некое нематериальное „я“, свободное от законов природы и определяющее наши поступки».
 
Многие люди, которые верят в науку, а не в Бога, чувствуют себя беспомощными, потому что им трудно поверить, что их жизнь по-настоящему имеет значение. Научные открытия подорвали многие традиционные представления, благодаря которым мы чувствовали себя особенными и важными для этого мира. Однако ученые полагают, что «я» — это необходимая иллюзия, создаваемая мозгом и зачастую более хрупкая, чем нам хотелось бы верить.
 
Тем временем, количество самоубийств, депрессивных и тревожных расстройств увеличивается. По данным центров по контролю и профилактике заболеваний в США, количество смертей от самоубийств возросло на 25% по сравнению с 1999 годом в большинстве этнических и возрастных групп. Возникновению психических заболеваний способствует множество факторов, но бихевиорист и писатель Клэй Рутледж утверждает, что эта тенденция связана не только с отсутствием качественной психологической поддержки. Вероятнее всего, мы столкнулись с новым «кризисом осмысленности». В статье, выпущенной в 2018 году в Dallas News, он объясняет: «Чтобы сдержать экзистенциальную тревогу, нам нужно какое-нибудь объяснение нашего существования. Наш вид стремится не только выжить, но и понять зачем. Нам важно осознавать свое предназначение, в противном случае мы становимся психологически уязвимы».
 
По словам Рутледжа, стремление обрести смысл — результат работы «неврологического механизма, который помог человеку выжить и наделил его способностью мыслить». Он считает, что человеческий мозг начал искать во всем смысл в процессе эволюции, однако в настоящее время его как никогда трудно найти на фоне разобщенности, обесценивания института семьи и снижения религиозности. Ученый утверждает: «Современные американцы, особенно молодые люди, редко относят себя к определенному вероисповеданию, посещают церковь или осуществляют другие религиозные обряды. Как показывает мое исследование, создаваемый религией смысл жизни не так легко воспроизвести в нерелигиозном обществе».
 
По мнению Карузо и Флэнагана, «народные психологические установки» сохраняются, потому что за пределами научного сообщества у людей еще нет четкого понимания, как к этому относиться, а также необходимых терминов для определения сознания как иллюзии. От старых идей трудно отказаться, потому что они существуют уже тысячи лет, а новый взгляд на человеческую природу расстраивает и наводит на мысль о том, что жизнь напрочь лишена смысла.
 
Все к лучшему

Однако не стоит отчаиваться. Принять концепцию натурализма не значит согласиться с тем, что морали не существует, а мы — пленники малопонятных процессов, недоступных для интроспекции. Экзистенциалисты прошлого сумели ответить, ради чего человеку жить и делать добрые дела, — тем же заняты и философы современности.
 
Карузо и Флэнаган — авторы сборника эссе под названием «Neuroexistentialism: Meaning, Morals and Purpose in the Age of Neuroscience» («Нейроэкзистенциализм: смысл жизни, мораль и предназначение в эпоху нейробиологии»). В нем они затронули тему тревоги, которая возникает когда «разум, который когда-то смотрел на мир со стороны, оказался неотделим от мира». В книге собраны точки зрения представителей различных наук на современный экзистенциальный кризис: они пытаются дать ответ на вопрос, как интегрировать доказательную науку в общественное сознание, не убивая при этом веру в человечество.
 
В одном из эссе космолог и физик Шон Кэрролл анализирует положения классической механики, квантовой физики, общие представления о времени и природе эмерджентных явлений и делает вывод о том, что во вселенной не может быть смысла, о чем свидетельствуют ее необъятность и хаотичность. И все же он уверен, что в масштабе отдельно взятого человека и всего человечества жизнь имеет значение, даже если «современная наука полностью подорвала любые надежды на то, что какой-то смысл может быть в существовании самой Вселенной».
 
Кэрролл утверждает, что наша жизнь и наши сообщества имеют значение именно потому, что мы существуем и придаем им смысл. Поэтому наши поступки осмысленны даже несмотря на то, что мы не часть какого-то грандиозного плана. Во Вселенной смысла нет, но это не значит, что человечество не может создать его самостоятельно.
 
Схожим образом мыслит психолог и специалист по когнитивной нейробиологии Майкл Газзанига, глава Центра изучения разума в Калифорнийском университете. Он утверждает, что натурализм на самом деле не компрометирует наше понимание человеческой сущности. Ответственность и мораль важны для нас, потому что наш мозг развил эти качества в ходе эволюции.
 
Мыслительные процессы происходят за счет когнитивных механизмов, а из человеческой способности воспринимать, запоминать и рассуждать появились правила социального взаимодействия, которые призывают нас заботиться друг о друге. Вселенная может и хаотична, а причина со следствием не всегда связаны на уровне классической механики, но в рамках человеческого опыта у нас есть определенные обязательства и способность их выполнять.
 
Томас Кларк, профессор Института поведенческого здоровья Университета Брандейса, в своем труде по нейроэкзистенциализму утверждает: чтобы вести себя хорошо, Бог нам не нужен. Нравственное поведение имеет научное обоснование. Кларк пишет: «Наука может объяснить, почему у нас, животных, появились моральные ценности и укоренились настолько, что никаким достижениям науки не под силу их преодолеть».
 
Судя по всему, альтруизм, сотрудничество, сострадание и привязанность биологически обоснованы, поэтому никакой высшей силе не нужно заставлять нас учитывать потребности других. «Само беспокойство по поводу моральных основ — это свидетельство того, что наша нравственная природа реальна. Поэтому знание о том, что эти чувства регулируются какими-то там гормонами (окситоцином и вазопрессином) вряд ли сделает из нас моральных инвалидов», — утверждает Кларк.
 
Давайте мыслить конструктивно

Составители сборника и прочие авторы настроены оптимистично. В ответ на всеобщую тревогу, вызванную развитием науки, они предлагают конструктивный подход. Его суть в том, чтобы, подобно предыдущим поколениям экзистенциалистов, восстановить человеческую самооценку через совместный поиск ответов на непростые вопросы человеческого бытия.
 
В своем собственном эссе философы призывают «использовать знания в сфере поведенческих, когнитивных и нейробиологических наук, чтобы решить наши экзистенциальные проблемы и достичь максимально возможного в этих условиях удовлетворения». Игнорирование научных доказательств не приведет к возрождению устаревших представлений о Боге, душе и человеческой исключительности, как и не сделает жизнь осмысленной. Напротив, каждому из нас и всем нам вместе взятым необходимо преодолеть тревогу и принять то, что сейчас в состоянии предложить нам наука.
 
Автор: Эфрат Ливни
Источник

«Точка зрения, будто верующий более счастлив, чем атеист, столь же абсурдна, как распространенное убеждение, что пьяный счастливее трезвого»

Шоу Бернард

Файлы

Конструкции или почему не ломаются вещи

Атеизм и религия: вопросы и ответы

Критика новейших буржуазных концепций государственно-монополистического капитализма

Слепой часовщик