Жизнь и смерть человека

Уже при первом знакомстве с историей человечества возникает впечатление о неустанной, исполненной большого драматизма борьбе между теологическим подходом к пониманию природы души, ее жизни, посмертной судьбы и подходом научным. Теологическая позиция провозглашает выход за границы опытного мира, обращена к потустороннему миру, созданному в воображении человека, к тому же из частей представлений о мире посюстороннем. В этой жизни, в реальном материальном мире человек находит черты, события, не удовлетворяющие его (не нужно иметь большого ума, чтобы указать на недостатки жизнеустроенности). Врожденная испорченность людей кажется непреодолимой, идея общественного прогресса — неосуществимой, усовершенствование человека — безнадежным. По различным мотивам — социально-классовым, познавательным, индивидуально-психологическим и другим — люди нередко от­казываются найти выход из тяжелого положения в этом, посюстороннем, чувственно-данном мире.

Неудовлетворенность жизненными условиями завершается их неприятием, способствующим субъективному уходу от них, в целом — примирению. Такова позиция религии. С противоположной, светской, позиции неудовлетворенность жизненными условиями становится мотивацией, требующей изменить эти условия, а не искать потусторонний мир, где решены все противоречия, проблемы истории. Такова позиция науки. Она имеет дело с реальными фактами, которые фиксируются органами чувств, и не выходит за опытную сферу человеческой деятельности. Используя научные достижения, человек в соответствии со своими идеалами улучшает жизнь, которая оказывается всецело в этом мире.

Теология учит, что бог непостижим, одновременно предлагая человеку догмы, в соответствии с которыми он должен мыслить свое бытие, вести себя, иметь упование. Теология, предлагая завершенное учение, успокаивает человека перед загадками бытия. Наука признает историческую ограниченность своих положений, перманентно преодолевает ее. Решая одни теоретические и практические вопросы, она ставит бесконечное число новых, способствуя устройству человека в материальном мире.

Противоположность двух позиций четко обнаруживается в вопросах о природе души, ее посмертной судьбе. Теология признает душу бессмертной, наука — смертной. Теология не видит другого пути утверждения нравственного начала поступков, кроме признания свободы воли человека. Наука отвергает эту свободу, противопоставляя ей детерминистический подход. Признание причинно обусловленного, по механизму — рефлекторного, характера человеческих поступков не мешает рассматривать их как обладающие моральным содержанием, а человека — ответственным за них. Теология преимущественно утверждает созерцательное бытие. Наука помогает человеку овладевать природой внешней и ставит своей целью его счастье в посюстороннем мире. Теологи считают познание вообще, и в частности человека, бесполезным делом, порождающим много печали. В общении человека с богом теология требует унижения человека, считает его самодостаточность вредной гордыней. Наука раскрывает безграничные возможности человека в усовершенствовании общественной и личной его жизни, указывая на основы его реального достоинства. Теология пытается «продлить» человеческую жизнь по ту сторону этой жизни, свертывает по содержанию земную жизнь как малоценную, неистинную. Наука, отвергая возможность потусторонней жизни, способствует созданию условий для жизни земной.