Как устроена система правосудия в мозгу



Все мы хорошо знаем ситуацию, когда, подходя к подъезду дома, около которого уютно расположились старушки, рьяно грызущие семечки, невольно слышишь их бурные осуждения «кто, когда, к кому пришел, кто чего нарушил» (выражаясь словами песни В. Добрынина). Американские нейрофизиологи попробовали объяснить, почему человек может судить других людей, не имеющих к нему никакого отношения.

Одно из самых фундаментальных отличий человека от животных — это наша тяга к общественной справедливости: мы хотим наказать преступника, который лично нам ничего плохого не сделал.

Способность человека выступать судьёй в чужом споре позволяет существовать большим общностям, где каждый сознаёт себя частью племени, народа, человечества. Это возможно благодаря передаваемым от индивида к индивиду представлениям о социальных нормах, причём эти нормы выглядят не просто как сухие законы и запреты: они опираются на эмоциональный отклик. Убийство вызывает внутри нас протест, и желание покарать убийцу не есть лишь стремление следовать положениям уголовного кодекса.



Распределение судебных функций в мозгу (рисунок авторов исследования).

Всё это очевидно, пока не задумаешься о происхождении системы правосудия с точки зрения биологии. Ведь и судья, и присяжные, и те, кто занимается раскрытием преступлений, восстанавливают справедливость по отношению к потерпевшим, с которыми они не связаны никакими родственными узами. Грубо говоря, одна особь помогает другой, генетически ей неродственной. То есть работа системы правосудия направлена на поддержание стабильности и воспроизводства большой группы в целом, но без каких-либо очевидных выгод для самих судей в смысле продвижения своих генов в следующие поколения. И как тогда эволюция позволила возникнуть такому явлению?

Предлагались разные объяснения того, почему взаимопомощь у людей существует без генетического подкрепления. Например, всё могло начаться с того, что две особи постоянно вступали в контакт, оказывая друг другу какие-то услуги: «Если ты почешешь мою спину, я почешу твою». Тут взаимная выгода не опирается на общий генетический фундамент, но, как показали исследования, эта модель работает только в небольших сообществах. Другая модель предлагала в качестве движущей силы репутационные бонусы альтруистического поведения. Но прирост репутации от единичного альтруистического акта, как оказалось, слишком мал, чтобы можно было почувствовать необходимость такого поведения.

Нейрофизиологи из Университета Вандербильта и Гарвардского университета (оба — США) попробовали выяснить, какая нейронная схема у нас в мозгу лежит в основе «альтруистического правосудия». Использовав новейшие данные поведенческих, когнитивных и нейрофизиологических исследований, они пришли к следующим выводам.

Когда-то наказание и награда имели место только в двусторонних отношениях: две особи как-то взаимодействовали, и если кто-то не оправдывал ожиданий, то другой его наказывал. Именно такая схема работает по сей день у некоторых приматов и в небольших человеческих сообществах. Здесь в том, кто прав, а кто нет, разбираются сами участники конфликта, другие к ним не лезут.

Но потом, как пишут учёные в журнале Nature Neuroscience, из таких двусторонних отношений выросли новые, когда совершенно посторонних индивидов стало чрезвычайно интересовать, как обстоят дела у ссорящихся. По мнению авторов работы,

это произошло благодаря подключению новых зон мозга, которые вообще-то до этого занимались совершенно другими делами и в межличностные отношения не лезли. Суть системы правосудия состоит в том, что судья и присяжные оценивают тяжесть преступления и состояние подсудимого (смягчающие или отягчающие обстоятельства), затем соотносят это с кодифицированными нормами права и определяют меру наказания.

Учёные распределили всё это по пяти зонам мозга: две принадлежат фронтальной коре, отвечающей за высшие когнитивные функции, две относятся к задним отделам мозга, отвечающим за социальные реакции, и ещё одна — это амигдала, центр формирования эмоций.

Первоначально оценка действий преступника и его намерений оценивается в «социальной сети» мозга, включающей в себя медиальную префронтальную зону коры и височно-теменную спайку. Затем в дело вступают эмоции, хотя это и противоречит обычным декларациям о бесстрастном правосудии. Мотивация к наказанию приходит от амигдалы, которая реагирует на ущерб, причинённый преступником. Человек соотносит свои негативные эмоции по этому поводу с мотивами и личностью правонарушителя, а также с имеющимся набором «средств пресечения».

Считается, что тут роль информационного хаба играет медиальная префронтальная зона коры, которая собирает предварительные субъективные и объективные данные от амигдалы и других зон, сшивает их между собой и передаёт в дорсолатеральную префронтальную кору. Здесь происходит формирование окончательного решения, в принятии которого участвует ещё и межтеменная борозда: она активируется в момент выбора конкретного наказания.

Всё вместе можно сравнить с настоящей системой судопроизводства: тут тебе и следствие, и передача дела в суд, и эмоциональные присяжные, и судья в мантии и с молотком. Именно подключение эмоций позволило вынести нарушение социальной нормы на суд общественности, не обращая внимания на то, есть ли генетические связи между сторонами конфликта и судьями.

Такая сложная нейробюрократическая система позволила сформироваться большим сообществам.

Правда, авторы работы уточняют, что не меньшую роль в этом могла сыграть система положительного подкрепления, прямо противоположная карающей системе правосудия. Учёные полагают, что описанная схема, отвечающая за общественное осуждение, могла сработать в эволюции крупных сообществ. Но усвоение социальных норм, скорее всего, происходит с помощью нейронной сети, отвечающей за награду при правильном межличностном общении.

Расшифровка нейронной архитектуры этой второй сети позволит полностью понять, как так вышло, что человек может помогать не только «ближнему», но и «дальнему».

Источник

«Счастье дается только знающим. Чем больше знает человек, тем резче, тем сильнее он видит поэзию земли там, где ее никогда не найдет человек, обладающий скудными знаниями»

Константин Паустовский

Файлы

Взгляд в будущее

Пословицы и поговорки

Революционное богатство

Невидимый мир вирусов