Будущее, которого не было



В 1990-е годы мне приходилось читать большое количество переводной литературы по проблемам современной политологии. В силу специфики работы меня больше всего интересовало ощущение будущего на Западе – то, как видят его наши иностранные коллеги.

Один из самых интересных выводов, которые я сделал для себя – элита, а с ней и широкое экспертное сообщество Запада ждет несколько технологических революций, которые позволят создать задел для, по крайней мере, столетия успешного экономического развития и восстановления доминирования Запада. Какими виделись тогда эти «технологические революции»? Помимо констатации очевидного, к тому моменту, эффекта от синергии вычислительных систем и средств коммуникации, в ближайшем будущем ожидалась революция от широкого распространения композитивных материалов и революция вследствие появления новых лекарственных средств.

Чуть более отдаленной, но гораздо более важной виделась революция, связанная с существенным удлинением жизни человека. Тогда ожидалось, что уже в XX исследования в ряде областей науки позволят найти теоретические пути к бессмертию человека. Предполагалось, что на уровень практической технологии исследователи подойдут уже в XXI веке.

Скажу сразу, что начав писать эту статью, я вполне понимаю, что из сегодняшних наших знаний о жизни и смерти никак не следует даже теоретическая возможность создания «технологии бессмертия». В 1990-е годы я не читал специализированных трудов по биологии или медицине – и, даже, не смог бы их понять. Подчеркну, я говорю о трудах политологов, социологов, историков, философов, политиков, представителей интеллигенции, определявших в 1990-е годы «сегодня» и конструировавших «завтра» нашего мира. Эти люди, наверное, не много понимали в медицине и биологии. Но они на практике знали этот мир и формировали его будущее. И потому я внимательно, порой по крупицам собирал их мнения о том, каким будет будущее человечества.

На основании их мнения, в частности, принимались решения о поддержке перспективных исследовательских программ. А на основании этих принятых решений строилась ожидаемая отдача от них и видение меняющегося будущего.
Сегодня большое количество научных институтов по всему миру ведут исследования по проблеме преодоления старения и смерти. Порой исследования маскируются исследованиями проблемы рака; действительно тесно взаимосвязанной с проблемой старения. Никаких сообщений о значимых практических результатах от этих научных исследований нет.

Кажется, наибольших успехов человечеству удалось добиться в генетике. Изучение генома человека показало хороший прогресс, хотя и здесь нет практически-значимых результатов для решения проблемы бессмертия. Кажется, даже на уровне теоретической вероятности исследования зашли в тупик: оказалось, что решить проблему бессмертия только генетически модифицировав человека. То есть, прекратив историю рода человеческого. А исследования по линии медицины - в рамках медицинских центров, специализированных научных институтов и университетов вообще не дали значимого прогресса.

Второй мега-революцией ожидалось решение проблемы массы тела или преодоления гравитации. В частности, если бы удалось «устранить» массу, это позволило бы навсегда решить энергетические проблемы человечества.
Думаю, в этой области были задействованы колоссальные силы – пока на уровне теоретической науки. Один из примеров – создание гигантского андронного коллайдера в Швейцарии. Успех в поиске бозона Хиггса, предположительно, - «атома гравитации» открыл бы новые теоретические горизонты для науки и практической деятельности человека. В частности, решение проблемы массы открыло бы горизонты для заселения иных планет Галактики.

Возможно, двадцать лет – не бог весть какой срок для таких масштабных задач. Возможно, что 1990-е годы на Западе – время неумеренного оптимизма, вызванного самым «сытым» десятилетием за всю его историю. Но факт остается фактом. Эти проблемы не только не были решены, но даже и подойти к теоретическому созданию условий не удалось.
Пока же человечество продолжает пожинать плоды предыдущей, довольно «старой» технологической революции, начавшейся еще в 1960-е гг. с появления первых доступных компьютеров.

Вследствие прогресса компьютерной техники развитие человечества было опрокинуто «вовнутрь человека» - к созданию новых гаджетов, способных все более эффективно решать проблему промывания мозгов и ко все более эффективной рекламе все новых гаджетов. Мир помещается в кармане – но все эти достижения виртуальны и никак не улучшают реальную жизнь человека. Пока не оправдались даже надежды на новые материалы или на прорыв в медицине. В 1990-е годы казалось, что этих технологические циклы уже идут. Появились, конечно, новые материалы есть и новые лекарства – но они просто замещают предыдущие и никак не производят эффекта «нового технологического уклада».

А пока в политическом плане Запад все более уступает растущим экономикам Востока. Сегодня, на фоне прогрессирующей в Азии науки, если важные открытия по проблеме гравитации и бессмертия все же будут сделаны, не факт, что их родиной будут США или Европа, а не Китай.

Появись у человечества надежда на бессмертие, на покорение других планет, на окончательное решение энергетических проблем, это взбодрило бы уставший старый мир Америки и Европы и вдохнуло бы новую жизнь в международное соревнование.

Мне кажется, сохранись до наших дней Советский Союз, при имевшемся уровне развития теоретической науки наша страна могла бы внести серьезный вклад в решение этих двух мега-задач. Если, конечно, они вообще поддаются решению.

Сергей Исрапилов

«Царство свободы начинается в действительности лишь там, где прекращается работа, диктуемая нуждой и внешней целесообразностью, следовательно, по природе вещей оно лежит по ту сторону сферы собственно материального производства»

Карл Маркс

Файлы

Партизанская война

Как мы познаем. Исследование процесса научного познания

Энциклопедия чудес

Черты будущего