Можно ли примирить науку и религию?

Можно ли примирить науку и религию?
 
Противоположность науки и религии очень ярко выразил М. Горький в заметках «Из дневника»:
 
«В мире живут две мысли: одна, смело глядя во тьму загадок жизни, стремится разгадать их, другая признает тайны необъяснимыми и, в страхе пред ними, обоготворяет их. Для одной — нет непознаваемого, существует только непознанное, другая — верит, что мир непознаваем навсегда».
 
Наука давно вскрыла несостоятельность и ошибочность религиозных верований. Читатель может спросить: почему же мы вновь и вновь обращаемся к критике религии, если она давно опровергнута наукой?
 
Разоблачать религию необходимо потому, что она враждебна научному мировоззрению и приносит вред трудящимся. Она тормозит исторический прогресс, ибо ослабляет активность трудящихся, внушая им веру в то, что идеал счастья осуществим только после смерти, в «потустороннем мире».
 
В процессе исторического развития общества и развития природы возникают новые явления. Религия истолковывает эти явления как результат действия сверхъестественных сил и мешает людям правильно понять их. Поэтому необходима критика религии, для того чтобы помочь людям правильно, научно понимать все явления окружающей их природы и общественной жизни.
 
Необходимо разоблачать новые ухищрения проповедников религии, стремящихся, научное мировоззрение заменить фантастическими религиозными верованиями.
 
Научно-атеистическая пропаганда имеет не только критически-негативную задачу — опровергнуть религию, но и позитивную, положительную задачу — внести в широкие массы народа научное диалектико-материалистическое мировоззрение, вооружить трудящихся научными знаниями, в частности правильным пониманием современных достижений естественных и общественных Наук. В постановлении от 10 ноября 1954 года «Об ошибках в проведении научно-атеистической пропаганды среди населения» Центральный Комитет КПСС призывает к усилению «научно-атеистической пропаганды, являющейся составной частью коммунистического воспитания трудящихся и имеющей своей целью распространение научных, материалистических знаний в массах и освобождение верующих людей из-под влияния религиозных предрассудков».
 
В ходе коммунистического строительства в нашей стране создаются условия для полного преодоления религиозных заблуждений. Но нельзя пустить этот процесс на самотек. Необходимо повседневно и систематически вносить научные знания в массы, убеждать верующих в ложности религиозных воззрений.
 
Для разоблачения религии большое значение имеют анализ и критика тех рассуждений и аргументов, которыми пользуются современные защитники религии. В современном капиталистическом мире распространяются мысли о том, будто противоположность религии и науки стирается и религия и наука могут быть примирены.
 
В этой книжке мы рассмотрим рассуждения сторонников религии, которые делают попытки примирить науку и религию, и покажем реакционность таких устремлений, непримиримость подлинной науки и религии.
 
По мере развития общества и прогресса научного познания религия вынуждена была менять формы своей борьбы с наукой.
 
В те времена, когда церковь имела власть, ее служители широко использовали насилие в борьбе с научным знанием., Сохранилось свидетельство о том, что за пять веков до нашей эры по требованию жрецов Афин философ Анаксогор был приговорен к смерти за безбожие, за утверждение, что Солнце не божество, а материальный раскаленный шар. В средние века католическая церковь замучила сотни тысяч человек по обвинению в отклонении от господствующей религии. Среди жертв инквизиции (церковного суда) было много замечательных мыслителей и ученых. Церковь уничтожила таких героев науки, как испанский врач Мигель Сервет, открывший малый круг кровообращения, и итальянский ученый и философ Джордано Бруно.
 
В современную эпоху церковь уже не располагает той политической властью, какую она имела в средние века. Конечно, там, где это удается, церковь и теперь прибегает к насильственному подавлению науки. До сих пор католическая церковь продолжает печатание списков книг, чтение которых запрещено верующим. В конституциях некоторых штатов США имеется статья, запрещающая атеистам занимать государственные должности. Так, в конституции штата Теннеси говорится: «Человек, который отрицает бытие бога, или будущее состояние награды или наказания, не должен занимать никакой должности в гражданском отделе этого штата».
 
Но в условиях современного производства, основанного на применении машин и науки, а также в условиях все возрастающей активности народных масс нельзя сжигать ученых. Поэтому церковь прибегает к другим методам.
 
Одним из приемов борьбы религии против науки является сознательная фабрикация всякого рода чудес, действующих на воображение невежественных людей.
 
В романе французского писателя Э. Золя «Лурд» описано, как церковники в корыстных целях фабриковали «чудесные исцеления» больных от источника, который никакой целебной силы не имел. В повести немецкого писателя прошлого века К. Мейера «Плавт в женском монастыре» рассказывается, как монахини незаметно для окружающих подменяли тяжелый массивный крест легким, который девушка, вступающая в монастырь, могла легко нести, а проповедники выдавали это народу за «чудо», придающее постригаемым в монахини новые силы.
 
Конечно, такая подделка чудес не может быть в современную эпоху применима в широких масштабах. Но и в наше время церковь использует народную темноту для «подтверждения» религии. Так, в послевоенный период католическая церковь широко рекламировала «археологические» изыскания, которые должны были обнаружить остатки «ноева ковчега» на склонах горы Арарат. Поиски несуществовавшего ковчега должны были послужить не только пропаганде религии, но и ширмой для деятельности американской разведки у южных границ СССР.
 
Одной из форм борьбы религии с наукой служит извращенное истолкование различных явлений природы и открытий науки. Наряду с этим защитники религии используют малейшие ошибки, непоследовательность и идеалистические заблуждения крупных ученых. Так, реакционеры ухватились за словечко «сотворение», которое неудачно употребил Ч. Дарвин. Сам он по этому поводу писал в письме к английскому геологу Ляйелю:
 
«Я уже давно сожалел о том, что уступил общественному мнению и пустил в ход выражение «сотворение» в той форме, в какой его употребляет пятикнижие. Я под этим выражением подразумевал только «появление» жизни в результате какого-то совершенно неизвестного нам процесса»
 
Сторонники религии пытались представить Дарвина религиозным человеком, хотя Дарвин откровенно писал, что он совершил переход от религиозной веры на позиции атеизма, безбожия: «Мне совсем не хотелось отказываться от своей веры. В этом я уверен, так как я могу ясно припомнить, что я постоянно рисовал себе различные фантастические картины того, как в Помпеях или других местах будут найдены старые письма и рукописи авторитетных римлян с подтверждением всего изложенного в евангелиях. Но, несмотря на то, что я предоставил своей фантазии полную свободу действия, тем не менее, мне становилось все труднее и труднее находить доказательства, которые могли бы меня убедить в истинности христианства. Так в мою душу медленно прокрадывалось неверие, и в конце концов я стал совершенно неверующим человеком. Освобождение от религиозных взглядов совершалось так медленно, что я не ощущал при этом никакого тяжелого, неприятного чувства».
 
Это искреннее свидетельство великого ученого показывает, как сама практика, жизнь ведет к освобождению .человека от пут религии.
 
В религиозных целях используется и имя великого физика и математика А. Эйнштейна. Этот ученый допустил ошибку, высказав мысль, что с точки зрения теории относительности взгляды Птоломея и Коперника на строение солнечной системы якобы равноправны. Здесь извращенно истолковывается принцип эквивалентности систем координат, и из этого принципа делается ложный вывод, будто система координат с центром — Землей — и система координат с центром — Солнцем — равнозначны, одинаково правильны, эквивалентны. Идеалист Ф. Франк утверждает, что в решении инквизиции, осудившей Коперника, есть нечто соответствующее теории относительности, согласно которой будто бы нельзя сказать, что Земля «на самом деле» движется, а Солнце стоит. Но, во-первых, принцип эквивалентности не имеет всеобщего характера и не может быть применен к системам Коперника и Птоломея, А во-вторых, и это главное, вращение Земли вокруг Солнца подтверждается неопровержимыми фактами.
 
Извращение теории относительности для примирения науки с религией — это повторение старинного приема врагов научного познания: исказить научный факт, чтобы подогнать его под религиозные догмы.
 
В современную эпоху высокого развития науки откровенное отрицание знания и призывы к замене знания религиозной верой не могут иметь прежнего значения. Неприкрытый «идеализм веры» недостаточен для затуманивания сознания народа, и современная буржуазия дополняет его «идеализмом науки». В современной буржуазной философии стала модной реакционная идея «примирения» религии и науки, попытка доказать, что наука и религия «совместимы».
 
В эпоху средневековья была выдвинута идея «двойственной истины», согласно которой истинны утверждения религии, но истинны и противоположные утверждения науки. В условиях господства религии и церкви такая идея была шагом вперед, ибо она открывала возможность для развития науки и способствовала освобождению науки от засилья религии. Какова же цель попыток примирения религии и науки в современную эпоху, когда научное познание бурно расцветает? Кому теперь выгодно доказывать совместимость религии и науки?
 
Теории, примиряющие религию и науку, выгодны только реакционной буржуазии, которая для развития промышленности и военного производства нуждается в высокоразвитой науке, а для укрепления своего господства, для обмана и закабаления трудящихся нуждается в религии.
Классовую роль идеи примирения религии и науки хорошо вскрывает современный прогрессивный американский философ Гарри Уэллс в своей книге «Прагматизм— философия империализма». Он пишет:
 
«В последние десятилетия XIX в. резко упало влияние религии на массы. До 80-х и 90-х годов философия в Соединенных Штатах была почти полностью поглощена теологией, подкрепленной абсолютным идеализмом, который проповедовал, что зло относительно и конечно, тогда как добрый бог, абсолютная основа всех вещей, евть полное и вечное совершенство. Это была религиозная философия, основанная на принципе, что «все к лучшему в этом лучшем из возможных миров». Эта доктрина смирения перед злом имела явное преимущество для класса капиталистов. Однако дело было в том, что рабочий класс в целом больше нельзя обманывать при помощи этой доктрины. Зло становилось слишком большим: иллюзии не могли устоять против грубой реальности. Это представляло первостепенную, важнейшую угрозу правящему классу. Требовалось пустить в ход иное идеологическое оружие, которое дало бы новую базу для обскурантизма, невежества и суеверия под видом научности. Буржуазная идеология поставила вопрос о примирении науки с религией».
 
Идея примирения науки и религии на деле является новой попыткой подчинить науку религии. Союзником религии, как всегда, является идеалистическая философия. На что же опираются защитники религии и идеалистической философии, пытающиеся ослабить влияние научного мировоззрения и укрепить религию?
 
Идеалистическая философия отрывает сознание, духовные явления от их материальной основы — от человеческого мозга. Духовную деятельность, ощущения и идеи она рассматривает как что-то независимое от материи, от человека и его мозга. А если представить духовные явления, мысли оторванными от человека, то они приобретают мистический, таинственный характер. Идею, оторванную от человека, Ленин называл теологической выдумкой, выдумкой религии. Так идеалистическая философия смыкается с религией.
 
Одним из гносеологических (теоретико-познавательных) корней, на которых держатся религиозные представления, является незавершенность процесса человеческого познания. Наука не может познать все сразу, она развивается постепенно, делая открытие за открытием. Религия и идеалистическая философия используют трудности науки. Те явления природы, сущность которых еще неясна, они объявляют непознаваемыми, сверхчувственными, божественными; естественные явления и силы, еще недостаточно изученные человеком, объявляются чудесными, проявлением действия божественных сил. 
 
Непонятную силу реального мира люди в результате своего невежества превращают в мистическую, чудесную. «Подобно тому как чудотворные исцелители и чудотворные целительные средства в медицине имеют своей основой незнакомство с законами природы, точно так же знахари и панацеи в социальной области имеют своей основой незнакомство с законами социального мира...»,— писали К. Маркс и Ф. Энгельс.
В борьбе против научного материалистического мировоззрения современные идеалисты свои главные усилия сосредоточивают на том, чтобы обосновать отрицание объективного характера законов природы и общества и тем добиться признания божественных чудес.
 
Английский идеалист Моррис в книге «Библия и современная наука» пишет: «Совершенно невозможно верить в библию как полное и буквальное слово божие и верить в эволюционную теорию. Более того, почти так же невозможно верить в какого бы то ни было личного бога, если верить в эволюцию... Эволюция по самой своей природе материалистична: это не что иное, как попытка объяснить биологические факты законами природы, без обращения к идее сверхъестественного и святого». В этом откровенном рассуждении содержится признание того, что научное понимание мира, признание объективных законов природы находится в полном противоречии с религией и камня на камне не оставляет от религиозно-идеалистического мировоззрения.
 
Английский идеалист Р. Брайтвайт в книге «Научное объяснение», изданной в 1953 году в Кембриджском университете, отрицая объективный характер законов мира, приходит к выводу, что следует ставить вопрос не о том, почему действует научный закон, а почему люди в этот закон верят. Иными словами, основанием науки и ее законов объявляется не объективный мир, а слепая вера. Отказываясь от научного объяснения явлений и от признания законов, действующих в этих явлениях, Брайтвайт делает вывод о «равноправии» теологического (религиозного) и научного объяснения фактов действительности.
 
Стремясь обосновать религиозную веру, идеалисты пишут о «недостаточности» признания объективных законов для объяснения действительности. Эта «недостаточность», с их точки зрения, заключается в том, что решение вопроса о действии .закона они считают «бесконечным»: один закон выводится из другого, другой — из третьего и так далее без конца, а в конечном счете люди якобы вынуждены обосновать научный закон ссылкой на веру. Из такого искусственного логического построения делается нужный идеалистам и религии вывод, будто научные законы имеют мистическую основу, которую люди должны принять на основе веры.
 
В действительности, отвечая на вопрос, почему действует тот или иной закон природы или общества, мы ищем основание действия данного закона не в вере, а в объективном мире, в независимых от нашего сознания отношениях и связях предметов и явлений. Все явления и процессы реального мира объясняются естественными причинами, объективными законами. Идеалистические попытки вывести объективные законы, познаваемые наукой, из мистических оснований, из религиозной веры, насквозь ложны, полностью противоречат действительности. Отказ от признания объективных законов природы и общества, открываемых наукой, ведет к мистике, к отказу от познания мира.
 
Как идеалистические воззрения мешают развитию науки, видно на следующих примерах. Научные эксперименты показали, что природа электрона противоречива, что электрон характеризуется и волновыми и корпускулярными качествами: в одних условиях электрон проявляет себя как материальная частица, в других условиях — как волна. Движение электрона не подчинено тем законам механики, которые характеризуют, например, полет снаряда или движение поезда. Ввиду того, что электрон не подчинен законам классической механики, идеалисты стали отрицать причинную связь и обусловленность движения электронов и заговорили о «свободе воли электрона». Но если отрицается объективная закономерность движения микрочастиц, то тем самым закрывается дорога для научного познания микропроцессов.
 
Такой же антинаучный характер носит идея аннигиляции (уничтожения) материи. Эта идея является результатом неверного, идеалистического истолкования некоторых фактов, добытых наукой. В начале 30-х годов XX века было установлено, что при известных условиях электрон и позитрон, две противоположно заряженные частицы материи, взаимодействуя, превращаются в «частицу» света — фотон. Из этого факта идеалисты сделали вывод, что если пара частиц — позитрон и электрон — «исчезает», превращается в фотон, то, стало быть, материя исчезает, аннигилируется.
 
Конечно, на самом деле никакого уничтожения материи не происходит. Пара частиц — электрон и позитрон — действительно превращается в фотон, но ведь фотоны — это тоже частицы материи, хотя и отличные от электронов и позитронов. То, что частицы вещества — электроны и позитроны — переходят в фотоны, нисколько не говорит об исчезновении материи, а лишь углубляет наше знание материи. Современная физика знает два вида материи — вещество и поле, например электромагнитное поле и т. п. Нет ничего неестественного в том, что эти два вида материи — вещество и поле — взаимно переходят друг в друга. Это наблюдается при переходе электрона и позитрона в фотоны, то есть в частицы электромагнитного поля, в световые волны. Закон сохранения материи и здесь, как всюду и всегда, полностью остается в силе.
 
Попытка идеалистов по-своему истолковать открытия физики не нова. Еще в начале XX века, когда было открыто, что атомы не являются неделимыми и неизменными частицами вещества, что атом состоит из ядра и электронов, идеалисты пытались доказать, что если атом распадается и превращается в излучение, то материя якобы превращается в энергию и исчезает. В. И. Ленин в книге «Материализм и эмпириокритицизм» дал подробную критику энергетизма, пытающегося свести материю к энергии, и показал несостоятельность идеалистических выводов об исчезновении материи. Он отметил, что исчезла не материя, а исчезла лишь старая граница, до которой простиралось человеческое знание. Открыв разложимость атомов, обнаружив электроны, ядро и частицы, составляющие ядро, человеческое знание пошло дальше прежних границ.
 
Идеалисты пытаются истолковать в духе «аннигиляции материи» и достижения ядерной физики. Ядерные реакции, происходящие с выделением огромного количества энергии, идеалисты изображают как реакции, в которых якобы масерия исчезает, превращаясь в энергию, чем нарушаются законы сохранения массы и энергии. На самом же деле и в ядерных реакциях полностью сохраняется закон неуничтожимости материи и ее движения, но масса одного вида материи — вещества — переходит частично в массу другого вида материи — электромагнитного поля (света).
Как видим, все процессы, которые идеалисты пытаются истолковать в духе «уничтожения материи», на деле оказываются естественными процессами движения материи, происходящими без всяких сверхчувственных, божественных сил.
 
Не находя на Земле процессов, которые могли бы подтвердить вымысел об «уничтожении материи», идеалисты пытаются обосновать этот вымысел ссылками на космические явления и выдвинули так называемую «аннигиляционную теорию» происхождения космических лучей.
 
В 1912 году австрийский физик Гесс высказал предположение, что должны существовать какие-то лучи, приходящие на Землю из мирового пространства. Они получили название космических. Современная наука открыла эти лучи и показала, что космические лучи представляют собой поток частиц с колоссальной энергией. Такая исключительная энергия частиц казалась чем-то загадочным. Ряд ученых (Милликен и другие) выдвинул «аннигиляционную теорию» происхождения космических лучей, по которой космические лучи — это результат каких-то таинственных катастроф, при которых происходит «уничтожение материи» и превращение ее в энергию. Эта теория находится в полном противоречии с законом сохранения материи.
 
Материалистическое, естественнонаучное истолкование космических лучей дают так называемые ускорительные гипотезы. Они объясняют происхождение космических лучей тем, что частицы могут ускоряться и приобретать колоссальную энергию в межзвездных магнитных полях.
В настоящее время созданы мощные установки, способные ускорять «элементарные» частицы. Наука получила возможность разгонять частицы до такой скорости, что их энергия увеличивается до размеров энергии космических лучей. Так, в мощнейшем советском ускорителе — синхрофазотроне разогнанные частицы приобретают энергию в 10 миллиардов электроновольт. Этим доказано, что подобная исключительно большая энергия, которая превосходит даже энергию частиц, получающихся при атомном взрыве, возникает естественным путем, так что не требуется никаких потусторонних, сверхчувственных сил.
 
В противоположность идеалистической философии и религии, всюду усматривающим сверхъестественные силы, наука в процессе своего развития дает естественное истолкование всех без исключения, в том числе и самых сложных, процессов действительности. Те процессы, которые раньше были непонятны и казались чем-то загадочным, получают естественное объяснение в свете достижений современной науки. А теории, которые отрицают объективный характер законов действительности и защищают религию, идут против науки. В. И. Ленин отмечал, что «изгнание законов из науки есть на деле лишь протаскивание законов религии».
 
К числу идеалистических учений, которые извращают достижения естествознания, отрицают объективный характер законов природы и выступают как противники научного мировоззрения и союзники религии, относятся неопозитивизм и прагматизм.
 
Позитивизм (от слова позитивный — положительный) — это философия, возникшая в середине XIX века и утверждающая, что мировоззренческие проблемы неразрешимы и бессмысленны. Задачу познания позитивисты ограничивают тем, чтобы накапливать положительные знания, знание фактов, и призывают отказаться от философского, теоретического осмысливания описываемых фактов. Получается, так сказать, философия отрицания философии. Основоположником такой непоследовательной философии был французский философ О. Конт. Позитивисты заявляют, что они «преодолели» противоположность материализма и идеализма.
 
На самом же деле позитивисты фактически борются против научной, материалистической философии и стоят на позициях субъективно-идеалистической философии. Как показал В. И. Ленин в книге «Материализм и эмпириокритицизм», третьей линии в философии, кроме материализма и идеализму, нет и быть не может. Поэтому тот, кто отрицает научную, материалистическую философию, неизбежно становится на позиции антинаучной, идеалистической философии и попадает в объятия поповщины. История позитивизма подтверждает эту истину.
 
Философия позитивизма прошла эволюцию по пути все большего приближения к мистике. Если на первом этапе своего существования позитивизм имел некоторые положительные черты, выражавшиеся в борьбе против умозрительных рассуждений объективных идеалистов, то в конце XIX и начале XX века позитивизм все больше скатывается к субъективному идеализму и мистике.
 
Неопозитивизм, то есть новейший позитивизм, выступает, как и старый позитивизм, под флагом позитивных (положительных) знаний. На словах отрицая философию, неопозитивисты на деле ведут борьбу против материализма, за субъективный идеализм. Отрицая объективный характер законов природы и общества, неопозитивисты расчищают почву для веры в бога и ратуют за примирение науки с религией.
 
Разновидностью субъективного идеализма является и такое распространенное течение современной буржуазной философии, как прагматизм (от греческого слова прагма — дело). Основное положение этой философии: «Истинно то, что полезно». Она готова принять за истину все, что может принести «успех». С этих субъективистских позиций можно оправдать что угодно, в том числе и религиозные верования: раз религия полезна эксплуататорам, помогая им держать народ в покорности, значит она истинна.
 
В книге «Материализм и эмпириокритицизм» В. И. Ленин писал, что прагматизм «преблагополучно выводит... бога в целях практических...»
 
Американский философ-идеалист, основоположник философии прагматизма Вильям Джемс в своей книге «Прагматизм» утверждает: «Прагматизм способен оставаться религиозным, подобно рационализму, но в то же время, подобно эмпирическим системам, он способен сохранять интимнейшую близость с фактами».
 
Гарри Уэллс язвительно замечает, что отец Вильяма Джемса Генри Джемс был правоверным религиозным философом-идеалистом и совершенно не признавал науку, а Вильям Джемс вынужден изобретать хитроумные приемы примирения религии и науки. Но как же можно обосновывать религию, претендуя при этом на «интимнейшую близость с фактами»? Ведь все факты науки о природе, вся общественная жизнь и история человеческого познания опровергают религию!
 
Не имея возможности найти разумные аргументы в пользу религии, прагматизм вынужден обращаться к мистике, к фантастическим вымыслам. И вот такое «мистическое открытие» делает В. Джемс в работе «Зависимость веры от воли». Он утверждает, что людям присуща мистическая «воля к вере» и если нет фактов, обосновывающих религиозную веру, то «вера в факт может способствовать возникновению последнего».
 
Итак, по Джемсу, основания веры заключаются... в вере! Оказывается, люди верят потому, что верят. Логическая абсурдность, нелепость этого «доказательства» не смущает прагматика В. Джемса. Ведь он служил реакционному классу, а реакционные классы склонны рвать с логикой. «Культурный» профессор лишь старается не замечать, что его рассуждения о том, что основания веры покоятся на вере, не далеко ушли от утверждения средневекового мракобеса Тертуллиана: «Верю, потому что абсурдно». Так философия современного капитализма смыкается с оголтелой средневековой мистикой.
 
Наука убедительно показала, что религия возникла не вследствие какой-то выдуманной «воли к вере», а в силу реальных социальных причин, действующих в определенных исторических условиях, при которых люди испытывают беспомощность и страх перед чуждыми им слепыми силами природы или стихийными силами эксплуататорского общества.
 
Утверждая, что истинно то, во что человеку выгодно верить, сторонники прагматизма относят к таким «выгодным истинам» религию, которая мистической верой в божью волю оправдывает все язвы капиталистического строя. Джемс писал: «Понятие же о боге, хотя оно и уступает в ясности математическим понятиям, столь употребительным в механическом мировоззрении, имеет зато над ними то практическое превосходство, что оно гарантирует идеальный и вечный миропорядок». Признание эксплуататорского капиталистического миропорядка вечным и идеальным — вот, оказывается, в чем заключено «практическое превосходство» религии над наукой!
 
Джемсу вторит современный английский прагматист Ф. Шиллер: «Наука и религия одинаково работают, первая — с точки зрения материальных результатов, вторая — с точки зрения духовных результатов».
 
Нельзя в нашу эпоху замолчать практические результаты, которые дает человечеству наука в деле покорения природы. Защитники религии вынуждены признать торжество естественных наук. Но общественную жизнь они объявляют сферой религии, проявлением божественной воли. А им подпевают идеалисты. Итальянский прагматист Прецолинни заявил, например, что всякая разница истины и лжи якобы уничтожается: «ученый — лжец, полезный для общества; лжец — ученый, полезный для отдельной личности». В этом беспринципном заявлении ясно проступает основная тенденция позитивизма и прагматизма, вскрытая еще В. И. Лениным в работе «Материализм и эмпириокритицизм»,— тенденция затушевать «различение истинного и «несообразного».
 
Разоблачая позитивистскую теорию смешения науки и религии, идёю примирения истины науки и вымысла религии, Ленин писал: «Кожевник И. Дицген видел в научной, т. е. материалистической, теории познания «универсальное оружие против религиозной веры»...», а для буржуазного профессора Эрнста Маха «с точки зрения научной не имеет смысла» различие материалистической теории познания и субъективно-идеалистической! Наука беспартийна в борьбе материализма с идеализмом и религией, это — излюбленная идея не одного Маха, а всех современных буржуазных профессоров, этих, по справедливому выражению того же И. Дицгена, «дипломированных лакеев, оглупляющих народ вымученным идеализмом»...».
 
Если прагматисты выводят религию из «практической потребности» (следует добавить — из практической потребности империалистической буржуазии), то другая модная школа современной буржуазной философии — логический позитивизм — пытается обосновать религию с максимальным наукообразием — с помощью логических доказательств. Видя, что в наш век все возрастающего прозрения народных масс религиозную ложь не оправдаешь тертуллиановским «Верю потому, что абсурдно», что прагматистская «воля к вере» все больше теряет кредит в массах трудящихся, позитивисты пытаются вывести религию логическим путем из особенностей человеческого познания.
 
Логические позитивисты пытаются дискредитировать научное опровержение религии. Видя грубость, примитивизм и нелогичность попыток прагматистов обосновать религию, они вынуждены ^признать, что религию логически нельзя обосновать, ш/в то же время утверждают, что религию невозможно и опровергнуть. Логические позитивисты заявляют, что спор науки с религией бесплоден, ибо он якобы принципиально не может быть разрешен, и науке будто бы не остается ничего другого, кроме как примириться с религией. Эту точку зрения открыто провозглашает последователь английского философа-идеалиста Б. Рассела Р. Брайтвайт. Он утверждает, что теологическое (религиозное) объяснение явлений так же правомерно, как и научное.
 
Определяющей чертой и основой всех рассуждений логических позитивистов относительно совместимости науки и религии является отрыв теории от практики, игнорирование практики как критерия истины.
 
Практика — главный аргумент против идеализма и религии
 
Марксизм рассматривает практику как основу развития познания и как критерий истины. Истинны те знания, которые подтверждаются практикой. Буржуазные идеологи ухитряются «не заметить» тот элементарный, понятный всем трудящимся факт, что для того, чтобы существовать, людям необходимы пища, жилища, одежда, а чтобы эти материальные блага появились, необходимо трудиться. Буржуазные философы замыкаются в «высотах» теории и считают зазорным для философии спускаться к изучению «низменной» практики. Они уподобляются щедринским генералам, полагавшим, что булки растут на деревьях в готовом виде, и не умевшим шагу ступить без помощи мужика.
 
Это отбрасывание материальной практики буржуазными идеологами объясняется тем, что им чужды интересы народа, что они освобождены от необходимости заниматься физическим трудом и получают средства к жизни за счет труда народных масс. Игнорируя практику, буржуазные идеологи принижают роль народных масс и этим помогают своему классу подчинять обманутые массы народа.
 
Защитники религии в своей борьбе против научного мировоззрения также отвергают критерий практики. Они опираются на слепую веру.
 
На игнорировании практики строят свои аргументы в пользу примирения науки с религией и современные позитивисты. В качестве одного из аргументов в защиту религии они приводят такое рассуждение: какое-то положение мы вывели логическим путем из другого положения, которое в свою очередь выводится из предшествующего ему положения; так, наконец, мы дойдем до исходного положения, которое уже не может быть логически выведено из какого-то другого положения. А раз это исходное положение не может получить логического обоснования в других положениях, значит, рассуждают позитивисты, оно произвольно. Они уверяют, что у людей нет средства для проверки истинности или ложности тех или иных исходных положений. Поэтому идеалом знания позитивисты объявляют знание, с которым согласны два или более человек, а термин «истина» предлагают заменить термином «признанность».
 
Из своего рассуждения логические позитивисты делают вывод, что наука и религия равноценны. Они считают, что положение «в основе мира лежит божественная воля», если с ним согласны два или более человек, равнозначно положению «в основе мира лежит материя». Позитивисты уверяют, что эти исходные положения могут приниматься лишь на веру, так как люди якобы не имеют средств для проверки их истинности.
 
Логический позитивист, американский философ Е. Бартер в работе «Относительность и реальность» утверждает: «Имеются другие вещи в нашей жизни, существование которых не может быть доказано, но с которыми соглашаются на основе веры и которые, если бы они не существовали, надо было бы выдумать для согласованности и последовательности...»
 
Признавая критерием истины не практику, а логическое доказательство и утверждая, что логически нельзя доказать, является ли основой мира материя или бог, позитивисты провозглашают религию столь же правомерной, как и науку.   
 
Все эти хитросплетения позитивистов и других идеалистов разбиваются материалистическим положением о том, что единственно верным и неоспоримым средством для проверки истинности знаний может служить только практическая деятельность. В. И. Ленин показал, что надежной основой теоретических построений и убедительным критерием их истинности или ложности является именно общественно-историческая практика. Научное мировоззрение опирается не на веру, а на истины, проверенные практикой. Научные логические доказательства строятся на предпосылках, в основе которых лежит практика. Одной из таких предпосылок является, например, признание существования реального мира независимо от человека. Без материального взаимодействия с внешним миром само существование человека невозможно.
 
«Прежде, чем ощущать,— писал В. И. Ленин,— мы дышим; мы не можем существовать без воздуха, без пищи и питья».
 
Этот факт, который стихийно, неосознанно признается всеми людьми и вытекает из их самого элементарного обыденного опыта, сознательно кладется материалистами в основу их понимания мира. Подчеркивая связь материалистического подхода к миру с «наивным реализмом» всех людей, то есть с их стихийной убежденностью в существовании мира самого по себе, Ленин писал: ««Наивный реализм» всякого здорового человека, не побывавшего в сумасшедшем доме или в науке у философов идеалистов, состоит в том, что вещи, среда, мир существуют независимо от нашего ощущения, от нашего сознания, от нашего Я и от человека вообще. Тот самый опыт (не в махистском, а в человеческом смысле слова), который создал в нас непреклонное убеждение, что существуют независимо от нас другие люди, а не простые комплексы моих ощущений высокого, низкого, желтого, твердого и т. д.,— этот самый опыт создает наше убеждение в том, что вещи, мир, среда существуют независимо от нас».
 
Все фантазии идеализма и религии строятся на отрыве их представлений и рассуждений от неопровержимых фактов, показывающих реальную связь человека с окружающим его материальным внешним миром. Идеалисты называют эти факты «низменными и несущественными». Эту уловку врагов материализма высмеял еще Л. Фейербах. «Так, значит,— писал Л. Фейербах,— речь идет о пище и питье при разборе вопроса об идеальности или реальности мира? — восклицает возмущенный идеалист.— Какая низость! Какое нарушение доброго обычая изо всех сил ругать материализм в научном смысле с кафедры философии и с кафедры теологии, с тем, чтобы за табльдотом практиковать материализм в самом грубом смысле».

Практика, эта великая разоблачительница всяческих обманов, опровергает все религиозные верования. Л. Фейербах в «Лекциях о сущности религии» остроумно заметил: «Где начинаются глаза и руки, там кончаются боги».
 
Вся многотысячелетняя практика человечества показывает истинность исходного положения материализма о существовании внешнего мира независимо от человека. Эта мысль сознательно кладется в основу философии материализма и всей науки.
 
С самых ранних шагов своей истории люди на практике убеждаются в объективном, то есть не зависящем от их сознания, характере законов природы. С древнейших времен люди наблюдают не зависящую от их Сознания объективную закономерность смены времен года. Самые простые факты, связанные с падением предметов на землю, показывают объективность силы тяжести. В «Немецкой идеологии» К. Маркс, критикуя идеалистов, остроумно заметил, что люди тонут не потому, что ими овладевает мысль о тяжести, а потому, что сила тяжести действует объективно, независимо от их воли. На основе развития общественной практики наука пришла к понятию о законе как объективной, существенной, необходимой, повторяющейся всеобщей связи явлений.
 
Развитие материальной производственной практики людей показывает, что в мире действуют не сверхъестественные божественные силы, а естественные законы явлений природы. Ведь мы не можем сомневаться в существовании того, что мы сами можем сделать. Ф. Энгельс приводит пример: когда мы с помощью выпуклого стекла собрали лучи Солнца в фокусе и зажгли ими бумагу или дерево, мы открыли объективную причинную зависимость между солнечным теплом и огнем, и все рассуждения о «божественном» происхождении огня убедительно опровергаются.
 
Именно практическая способность человека вызывать явления, «делать» их служит показателем истинности наших представлений об этих явлениях. Ф. Энгельс писал: «...Мы можем доказать правильность нашего понимания данного явления природы тем, что мы сами его производим, вызывая его из его условий, заставляем его к тому же служить нашим целям...» 
 
Когда выдающийся русский физик П. Н. Лебедев с помощью исключительно тонких опытов обнаружил световое давление, практически «взвесил» свет, тогда материальная природа света была убедительно доказана и рассуждения, отрицающие материальность света, были опровергнуты.
Зависимость массы тел от скорости их движения казалась невероятной, но, когда в приборе, ускоряющем движение частиц до огромных скоростей, близких к скорости света, мы практически наблюдаем рост массы частиц вещества при возрастании скорости, тогда зависимость массы от скорости доказана без всякого сомнения.
 
Практическое доказательство является самым убедительным и неопровержимым. Самая абстрактная теория в конечном счете выносится на суд практики и проверяется практикой.
 
Так, из теории относительности Эйнштейна следует вывод об отклонении света при его прохождении около больших масс. Это противоречит положению о прямолинейности распространения света. Где же истина? Наука не сразу ответила на этот вопрос. А когда астрономы на практике убедились в том, что отклонение света действительно существует, когда они измерили это отклонение и величина его совпала с той, которая предсказана теорией относительности, тогда ответ стал ясен. Эта практика наблюдений и измерений послужила неоспоримым подтверждением открытия Эйнштейна.
 
А вот пример того, как практика подтверждает науку и опровергает религию. По религиозным представлениям Земля плоская. Но в начале XVI века Магеллан и его спутники объехали вокруг Земли. Так религиозная догма была опрокинута практикой.
 
В стихотворении «Подражания Корану» А. С. Пушкин, иронизируя по поводу религиозных представлений о Земле и о строении Вселенной, писал:

Земля недвижна — неба своды,
Творец, поддержаны тобой,
Да не падут на сушь и воды И не подавят нас собой.
 
Из-за цензурных условий прямо писать против религии Пушкин не мог. Поэтому он прибег к тонкому приему. В примечании к своему стихотворению он замечает, что религиозные рассуждения о Земле и ее положении во Вселенной — «плохая физика». А в другом примечании к этому же стихотворению Пушкин пишет: ««Нечестивые,— пишет Магомет (глава Награды), думают, что Коран есть собрание новой лжи и старых басен». Мнение сих нечестивых, конечно, справедливо...»
 
Долгое время религия в доказательство существования бога использовала такое явление природы, как гроза, молния с громом. Но еще в глубокой древности делались попытки дать естественное истолкование грозы. Первые попытки естественного объяснения молнии, еще не имевшие научной опытной основы, носили фантастический характер. Но следует различать фантазию, дающую естественное истолкование явлений, от фантазии религиозной, основанной на сверхъестественном объяснении явлений. В V—IV веках до нашей эры фантастическое, но естественное толкование грозы давал великий античный материалист Демокрит. Он объяснял молнию соединением облаков. Последователь Демокрита римский философ-материалист Лукреций Кар объяснил грозу тем, что облака, сгущаясь, как бы выжимают содержащиеся в них огненные тела, отчего и образуется молния. В XVII веке Декарт объяснял грозу соударением облаков. А в начале XVIII века английский ученый Уолл выдвинул теорию электрической природы молнии. Последующие опыты Ломоносова, Франклина и многих других ученых полностью подтвердили положение об электрической природе молнии.
 
Итак, добытые наукой и проверенные практикой факты убедительно опрокидывают религиозные представления.
 
Чувствуя, что под напором все растущего на основе практики научного знания рушится «обоснование» религии с помощью ссылок на логическую недоказуемость исходных положений, позитивисты выдвигают другой аргумент в пользу примирения науки и религии, используют незавершенность процесса познания и практической деятельности людей. Они рассуждают так. Если сегодня, познавая мир, мы нигде не сталкиваемся с богом,, то где гарантия, что мы не обнаружим бога завтра? Если в масштабах нашей солнечной системы и нашей галактики бога нет, то где гарантия, что бог не обнаружится где-нибудь дальше? Если, проникнув в мир атома, наука не обнаружила бога, то где гарантия, что бог не окажется управителем ядерных сил, природа Которых еще не полностью ясна науке?
 
Защитники религии и идеалисты спрашивают: где гарантия, что в будущем, выясняя механизм образования молнии, мы не обнаружим божественные силы? Ответ на это дает практика, которая подчиняет электричество и заставляет силу, заключающуюся в молнии, освещать дома и улицы, двигать трамваи, станки и т. д. Научные опыты позволяют подойти к практическому овладению и самими грозами, к возможности вызывать или предотвращать их. Советские ученые И. М. Имянитов и А. П. Чуваев производили опыты по сбрасыванию в облака веществ, вызывающих замерзание облачных капель, и от этого через 5—10 минут напряжение электрического поля облака увеличивалось в 10—20 раз. Так наука подходит к овладению молнией в облаках.
 
Как отмечено выше, А. Эйнштейн пришел к серьезным, заблуждениям в вопросе об отношении религии и науки. В статье «Несовместимы ли религия и наука» А. Эйнштейн писал: «Можно с уверенностью сказать, что доктрина личного бога, управляющего событиями природы, никогда не может быть опровергнута в полном смысле наукой; для этой доктрины может всегда оставаться убежище, в тех областях, в которые научные знания не в состоянии еще проникнуть».
 
В чем ошибки подобных рассуждений?
 
Действительно, процесс познания бесконечен. Но значит ли это, что из этого можно делать вывод о существовании бога, присутствие которого будет открыто когда-то в будущем? Нет, такой вывод совершенно несостоятелен.
 
Во-первых, как бы ни изменялись человеческие представления о бесконечной. Вселенной, она не перестанет быть материальной, существовать независимо от человека., от сознания. А это и есть главный факт, установленный практикой, подтверждающий материализм и опровергающий религию.
 
В. И. Ленин писал: «Электрон так же неисчерпаем, как и атом, природа бесконечна, но она бесконечно существует, и вот это-то единственно категорическое, единственно безусловное признание ее существования вне сознания и ощущения человека и отличает диалектический материализм от релятивистского агностицизма и идеализма».
Признание существования природы самой по себе не может быть поколеблено никаким новым фактом в будущем. Ведь будущие, сегодня еще не известные нам факты потому и могут быть нами открыты, что они существуют сами по себе в реальной природе.
 
Во-вторых, человеческое познание развивается, но оно развивается от знания менее глубокого к знанию более глубокому, а не от знания к мистике, как пытаются представить дело идеалисты. Развитие познания — это именно рост, накопление реальных знаний, а не переход от знания к фантастическим выдумкам религии, не возврат к заблуждениям и суевериям эпохи дикости.
 
Говоря о бесконечном прогрессе человеческого знания, В. И. Ленин писал: «Ум человеческий открыл много диковинного в природе и откроет еще больше, увеличивая тем свою власть над ней...», но это не значит, чтобы природа была созданием нашего ума или бога.
 
В-третьих, с развитием практики и познания изменяются наши представления о структуре материи, но материя не заменяется чем-то сверхчувственным — богом. При познании новых явлений старый опыт выступает как предпосылка дальнейшего развития познания, как условие последовательности мысли. А «последовательность мысли во все времена должна была помогать недостаточным еще знаниям двигаться дальше».
 
Логические позитивисты, кичащиеся своей логичностью, впадают в вопиющее противоречие. Предполагая возможность перехода от знания к вере в будущем, они нарушают подтвержденную тысячелетней практикой материалистическую последовательность научной мысли, которая объясняет мир, исходя из него самого, без всякого допущения потусторонних, божественных сил.
 
В-четвертых, наука — это не сумма отрывочных положений, а система знаний, отражающих действительность и выражаемых в законах науки. На знании законов развития явлений основано научное предвидение.
 
В прошлом веке Н. Г. Чернышевский в работе «Антропологический принцип в философии», говоря о научном предвидении, писал, что хотя мы и не знаем еще, что происходит в Центральной Австралии или в Центральной Африке, но мы наверняка знаем, что реки там не текут снизу вверх.
Рассуждения модных в капиталистических странах позитивистских авторов направлены к тому, чтобы доказать «бессилие» науки и научной философии, примирить их с религией.
 
Исландский философ, сторонник диалектического материализма Б. Бьяркасон справедливо замечает в своей книге «Философские этюды», что идеалистические теории «следовало бы рассматривать как религиозные спекуляции, а не как философию, которая считает, что она опирается на фундамент человеческого знания».
 
Современная физика свидетельствует, что объективные законы, вскрываемые наукой на основе практики, вполне достаточны для объяснения и практического использования самых сложных процессов и явлений. А религиозные фантазии о божественных силах оказываются совершенно никчемными и вредными для познания и практической деятельности.
 
Вся человеческая практика и познание неизбежно приводят к глубокому выводу, сформулированному В. И. Лениным: «Долой небо — закономерная связь всего (процесса) мира».
 
Наглядным и убедительным опровержением религии и подтверждением могущества человеческого труда, вооруженного наукой, является технический прогресс. Религия объявила труд проклятием за первородный грех. «В поте лица должен трудиться человек»,— заявляет священное писание христианской и иудейской религии.
 
У некоторых народов Востока давно возникли мечты о добрых джинах, которые помогли бы человеку в его труде. Ныне человек создал себе могучих помощников — машины. Сейчас в Советском Союзе на стройках электростанций и на разработках руды и угля действуют шагающие экскаваторы, которые могут перенести 20 кубических метров породы за 65 секунд. На земляных работах одна такая машина за год выполняет объем работ, который был произведен на строительстве Днепрогэса. Древняя мечта о фантастических джинах бледнеет перед этим реальным гигантом, подвластным воле человека.
 
Советский реактивный самолет «ТУ-104», летающий со скоростью 850—1000 километров в час на высоте 10 километров, превосходит самые смелые мечты о «ковре-самолете».
 
Из этих практических достижений вытекает вывод, что труд из «проклятия», наказания божьего может быть превращен в источник радости и наслаждения.
 
Возрастающее могущество человеческого труда — убедительнейший аргумент против религиозного учения о ничтожестве человека, о бессилии его перед фантастической божественной силой. О могуществе человека свидетельствуют искусственные спутники Земли, впервые запущенные в 1957 году в Советском Союзе.
 
Убедительным показателем могущества человека, вооруженного научными знаниями, является та огромная быстрота, с которой осуществляется технический прогресс. Если до второй мировой войны скорость автомобилей достигала 125 километров в час, то сейчас скорость автомобилей достигает 180 километров в час. Максимальная скорость самолетов до войны составляла около 600 километров в час, а сейчас турбореактивные самолеты летают со скоростью до 2000 километров в час.
 
Весьма показательным проявлением могущества человека, вооруженного научным знанием, является использование ядерной энергии в промышленных целях. Правда, электроэнергия, получаемая на атомных электростанциях, пока еще дороже, чем энергия, получаемая на тепловых электростанциях в районах добычи каменного угля. Но по мере развития атомной энергетики, по мере роста мощности атомных станций стоимость энергии, которая будет получаться на атомных электростанциях, значительно снизится.
 
Поистине великий переворот произойдет в энергетике, когда люди научатся получать электроэнергию не путем разрушения атомов урана, а путем соединения атомов водорода в атомы гелия. Сейчас эта реакция уже осуществлена в водородных бомбах. Но задача состоит в том, чтобы найти пути промышленного использования ядерной реакции. Когда этот процесс удастся полностью подчинить воле человека, регулировать и технически освоить, тогда проблема получения баснословно дешевой энергии будет решена навеки.
 
Защитники религии в нашу эпоху приспосабливаются к новым условиям, отступая под натиском практики и науки. Чтобы поддержать в народе веру в бога, они пытаются фальсифицировать выводы науки или видоизменяют свое учение, приспособляя его к выводам науки.
 
Например, такое достижение человечества, как открытие и использование атомной энергии, защитники религии истолковывают по-своему: атомную энергию некоторые церковники пытались объявить «эманацией духа божьего», проявлением божества. Но люди, вооруженные наукой, своим трудом создают такие вещи, перед которыми меркнут все чудеса, о которых говорится в религиозных сказаниях.
 
Одним из достижений современной техники является автоматика, машины-автоматы. Уже сейчас имеются счетные машины, которые с молниеносной быстротой совершают огромное количество математических действий. Использование таких машин для автоматического управления производством сулит колоссальные перспективы для технического прогресса.
 
Наша эпоха — это эпоха перехода общества от эксплуататорского капиталистического строя к социализму, А социалистический строй ведет к небывалому расцвету науки, техники, всей культуры. Он обеспечивает рост могущества трудящегося человека, вооруженного наукой и техникой. Как писал великий английский гуманист В. Шекспир,
 
В мире много сил великих,
Но сильнее человека Нет на свете ничего!
 
Все "возрастающая эффективность трудового процесса показывает людям, что незачем молить несуществующего бога о ниспослании милостей, а надо овладевать наукой и техникой и своим трудом создавать все новые материальные и духовные блага для народа. Те страны, в которых народ стоит у власти и является хозяином средств производства, успешно идут к осуществлению принципа коммунизма: «От кавдого — по его способностям, каждому — по потребностям».
 
Вечное развитие мира или божественное творение?
 
Религиозно-идеалистическое учение говорит о сотворении мира каким-то нематериальным, сверхъестественным, чудодейственным началом, богом. В противоположность религии и идеализму диалектический материализм и современное естествознание доказывают, что мир не создан богом, а существует вечно и развивается по своим собственным объективным законам.
 
Сторонники религии стремятся примирить, совместить идею божественного творения мира с наукой. Какие же аргументы приводят они в пользу идеи божественного сотворения мира?
 
Для обоснования божественного творения мира идеалисты извращенно истолковывают упорядоченность, закономерность, существующую в мире, объясняя ее волдй божественного разума. Они утверждают, что разум человека бессилен познать, объяснить упорядоченность, закономерность, «гармонию» Вселенной; поэтому человек якобы должен признать чудо божественного сотворения мира. Английский астроном-идеалист Смарт в вышедшей в 1953 году книге писал: «Когда мы изучаем Вселенную и оцениваем ее огромность и закономерность, мце кажется, что это приводит нас к признанию Творящей Силы и. Мировой Воли, что превышает все, что наш ограниченный разум может постичь».
 
Смарт рассуждает по логике средневековых богословов: раз явление нам непонятно, то давайте объясним его непонятной нам и непознаваемой божьей волей.
 
Но здравомыслящие прогрессивные люди руководствуются разумной логикой: раз явление нам непонятно, то будем трудиться над выяснением его пока скрытой сущности, над отысканием его естественных причин.
 
Современная наука показывает, что упорядоченность, «гармония», закономерность мира объясняется не божественной силой, а естественными причинами, объективными законами.
 
Другой аргумент защитников религии в пользу идеи творения мира — это идея «первотолчка». Почему развивается мир, что является источником развития? Понимая всякое движение в механистическом смысле, как результат внешнего толчка, идеалисты приходят к упрощенному пониманию развития. Если одно тело толкнуло другое, а само получило толчок от третьего тела, то где «конечная» причина? Понимая движение как прямую линию механических внешних толчков, защитники религии приходят к идеалистическому представлейию о «первотолчке»
 
Они считают, что какая-то внешняя, надмировая сила «толкнула», привела мир в движение, а уже потом он стал развиваться по своим собственным законам. Так механистическое и метафизическое понимание движения служит обоснованию сотворения мира богом. С этой точки зрения сверхъестественное божество творит посредством чуда весь мир.
 
Все сложные проблемы мировоззрения решаются религией легко и просто: все создано богом. Но эта простота идет не от подлинного знания, а от невежества. М. В. Ломоносов остроумно заметил, что легко быть философами, говоря: «бог так сотворил» «и сие дая в ответ вместо всех причин».
 
Нахождение действительных причин развития • мира религия подменяет вымыслом о боге, о сверхъестественном чуде. На самом же деле причина движения и развития материального мира заключается не в сверхъестественной силе, не в боге, а в самой материи. Марксистско-ленинская философия — диалектический и исторический материализм — учит, что движение материи не сводится к механическим явлениям, к перемещениям тел в пространстве. Движение, развитие включает в себя и химические реакции, и биологические процессы, и общественное развитие, и т. д. Причину, источник всякого движения, развития материи следует искать не во внешнем толчке, а во внутренних противоречиях самой материи, в борьбе противоположных сил и тенденций, присущих ей самой.
 
В противоположность идеализму и религии, наука и научная материалистическая философия объясняют всякое движение и развитие естественными свойствами самой материи, не прибегая к вымыслу о божественных силах.
 
Материальный мир вечен. Он существовал всегда и не нуждался ни в каком творце, ни в каком боге или другой сверхъестественной силе.
А если признать, что идеальное, духовное существо, бог, создало мир, то возникает неразрешимый вопрос: как же это идеальное существо сумело породить материальный мир, природу? Ответить на этот вопрос с позиций разума, с позиций естественнонаучного понимания мира нельзя, потому что это противоречит разуму и природе. Поэтому религия открыто, а идеалистическая философия замаскированно обращаются к мистике, к выдумкам о сверхъестественных силах.
 
Учение о сотворении мира так же противоречит разуму и науке, как сказка о «непорочном зачатии» богородицы, которая родила сына, хотя и осталась девой.
 
Одним из аргументов идеалистов в пользу идеи сотворения мира является следующий: раз все вещи окружающего нас мира имеют начало и конец, значит и Вселенная должна иметь начало и конец. Отсюда делается вывод, что Вселенная когда-то была сотворена божественной силой и когда-то наступит ей конец.
 
Однако распространять на всю Вселенную то, что свойственно отдельным вещам, неправильно. Да, каждая отдельная вещь имеет начало и конец, но это совсем не значит, что и Вселенная имеет начало и конец. Каждая вещь возникает из какой-то другой вещи, а переставая существовать, превращается в какую-то иную вещь, в иную форму материи. Оттого, что погибает растение или животное, материя не перестает существовать. Материя вечно и бесконечно существует и будет существовать всегда. К тому же развитие Вселенной — это не прямая линия механических причин и следствий, начинающаяся от какого-то исходного пункта, а сложный, вечный и бесконечный «круговорот» материи, ее движение от одного состояния к другому.
 
Поддерживая идею сотворения мира, ее сторонники не способны привести основательные аргументы в ее пользу. Но современные идеалисты и теологи, пытающиеся примирить науку и религию, представляют дело таким образом, что наука должна как бы выступать в рамках религии: наука описывает мир как он есть сейчас, а религия освещает то, что было «до начала мира», и то, что будет «после конца» мира, как будто было начало и будет конец мира. В духе такого антинаучного рассуждения обратился папа римский Пий XII к астрономическому конгрессу в Риме в 1952 году, заявив, что наука должна признать божественное творение мира, а признав его, она может описывать дальнейшее развитие мира после его сотворения богом уже своими собственными научными средствами.
 
В нашу эпоху, когда религиозная идеология вынуждена неуклонно отступать под натиском науки, деятели религии особенно цепляются за проблемы космогонии — проблемы развития и строения Вселенной. Интерес теологов к вопросам космогонии объясняется тем, что многие космогонические вопросы наукой еще полностью не решены, и богословы стараются использовать нерешенные проблемы в своих интересах. Защитники религии утверждают, что если наука объясняет явления и процессы, происходящие на Земле, то для объяснения Вселенной необходимо прибегнуть к религии.
 
Бельгийский богослов и астроном аббат Леметр пытается обосновать религию ссылками на факты современной науки. Вот как он это делает. При изучении спектров далеких звездных систем было обнаружено, что линии в этих спектрах смещены в сторону красной части спектра. Согласно представлениям современной физики такое смещение спектральных линий может наблюдаться, если тело, спектр которого Мы изучаем, удаляется от наблюдателя. Из этого Леметр сделал вывод: раз звездные системы удаляются от нас, значит раньше они были ближе, значит Вселенная расширяется в пространстве, а когда-то она заключалась в одной точке, в одном атоме. «Первоатом» создан богом и начал по воле бога расширяться; вся материя возникает из ничего. Такими рассуждениями, якобы основанными на научных фактах, Леметр пытается обосновать библейский миф о сотворении мира богом из ничего.
 
Но эти рассуждения ученого теолога от начала до конца извращают действительные процессы, происходящие во Вселенной. Современная астрономия дает явлению смещения линий спектра далеких от нас галактик к красной части естественное объяснение. Смещение полос спектра в сторону его красной части может вызываться не только удалением галактик, но и особым движением фотонов (частичек электромагнитного поля) в поле тяготения.

По-видимому, галактики в нашей части Вселенной действительно разбегаются, но Леметр и его последователи неправильно истолковывают этот научный факт. Удаление галактик в нашей Части Вселенной совсем не значит, что это происходит и во всей Вселенной, что совершается «расширение» Вселенной. Вселенная была и остается бесконечной, и в других частях ее, несомненно, происходит относительное сближение галактик. Авторы теории «расширяющейся» Вселенной допускают уже отмеченное выше заблуждение, заключающееся в перенесении фактов, установленных для некоторых явлений, на все явления. Леметр переносит факты, наблюдающиеся в одной части Вселенной, на всю Вселенную, представления о «конечной» Вселенной, о «расширяющейся» Вселенной, развившейся из одной точки, из одного атома благодаря его расширению по воле творца, совершенно несостоятельны. Они не могут быть подтверждены никакими убедительными аргументами и противоречат фактам, наблюдаемым наукой. Идея сотворения материи из ничего противоречит всей человеческой практике и незыблемому научному закону сохранения материи.
 
К антинаучным заблуждениям относится и идея «начала и конца мира».
 
В XIX веке физик Р. Клаузиус выдвинул теорию «тепловой смерти» Вселенной. Клаузиус неверно истолковал второй закон термодинамики, согласно которому теплота всегда переходит от тел более нагретых к телам менее нагретым. Раз это так, рассуждал Клаузиус, то температура всех тел во Вселенной постепенно выравнивается, теплота рассеивается в мировом пространстве, и в результате получится «тепловая смерть» Вселенной, прекратится всякое движение.
 
Некоторые современные идеалисты дополняют это неверное толкование второго закона термодинамики извращенной трактовкой достижений современной астрофизики. Наукой установлено, что энергетическим источником многих звезд служат ядерные реакции, в ходе которых ядра водорода превращаются в ядра гелия. Из этого факта идеалисты делают вывод, что со временем должен наступить «водородный голод» во Вселенной и будут исчерпаны все ее энергетические ресурсы, наступит «энергетическая смерть». Эти представления в сущности — лишь подновленный вариант теории «тепловой смерти» Вселенной.
 
Полная несостоятельность теории «тепловой смерти» Вселенной показана Ф. Энгельсом. Энгельс писал, что если в одной части Вселенной происходит рассеяние тепловой энергии, то в других частях неизбежно происходит концентрация энергии. «Мы приходим, таким образом, к выводу,— пишет Энгельс,— что излученная в мировое пространство теплота должна иметь возможность каким-то путем,— путем, установление которого будет когда-то в будущем задачей естествознания,— превратиться в другую форму движения, в которой она может снова сосредоточиться и начать активно функционировать. Тем самым отпадает главная трудность, стоявшая на пути к признанию обратного превращения отживших солнц в раскаленную туманность».
 
Философской основой порочных теорий «энергетической смерти» Вселенной является метафизическое, ошибочное представление о развитии мира как о прямой линии механических причин и следствий, начинающейся в какой-то определенной точке. Метафизически мыслящие люди не понимают того, что развитие Вселенной — это совокупность бесконечно сложных процессов, в ходе которых материя непрерывно переходит от одного состояния в другое, и уничтожение одного вида материи приводит к возникновению другого вида материи и так без конца.
 
Современная наука показывает, что теории «энергетической смерти» Вселенной повторяют религиозную догму о «конце мира» и противоречат действительности. Математические расчеты показывают, что предположение об «энергетической смерти» Вселенйой может выдвигаться лишь, если признать Вселенную ограниченной в пространстве, конечной системой тел. А предположение о конечности Вселенной противоречит человеческому опыту, фактам и достижениям современной науки, которая с каждым годом проникает во все более удаленные от нас области Вселенной. Никаких «границ» Вселенной нет и быть не может, она бесконечна.
 
Если теории «энергетической смерти» Вселенной пытаются нарисовать мрачную картину постепенного умирания движения Вселенной, то так называемые гипотезы катастрофического развития Вселенной пытаются подкрепить религиозную догму о «конце мира». В начале 20-х годов XX века английский астроном Джинс выдвинул теорию, согласно которой планеты солнечной системы могли образоваться в момент, когда около Солнца прошла другая звезда, имеющая большую массу, и вырвала из Солнца струю раскаленного газообразного вещества, из которого и образовались 20 планеты. Сам Джинс как астроном знал, что в мировом пространстве звезды расположены очень далеко друг от друга. Он признавал, что близкое прохождение звезд друг от друга — крайне редкое явление.
 
Защитники религии стали истолковывать теорию Джинса в том духе, что возникновение солнечной системы не могло осуществиться без вмешательства сверхъестественных сил, без чуда. Возникновение планет, в том числе Земли, они стали рассматривать как чудесную случайность, свойственную исключительно солнечной системе, в том числе Земле. И далее они делали вывод, что если чудесная катастрофа вызвала Землю и другие планеты к жизни, то какая-то космическая катастрофа в будущем их может уничтожить. Этими грубыми рассуждениями они пытались подкрепить библейский миф о сотворении Земли богом и о «крнце мира».
 
Наука и научная материалистическая философия утверждают, что идеи о сотворении и о «конце мира» не имеют никаких оснований. Эти идеи опровергаются законом сохранения материи. Материя вечна, несотворима и неуничтожима.
 
Нет никаких оснований и для идеи о космической катастрофе. Рассуждения о столкновении звезд, например о столкновении Солнца с какой-нибудь другой звездой, не подтверждаются научными расчетами. Современным астрономам в сильнейшие телескопы удалось наблюдать «столкновение» галактик, то есть процесс, когда одна галактика (огромное скопление звезд) проходит через часть пространства, занятого другой галактикой. Но даже и при этих условиях из-за незначительной плотности расположения звезд в галактиках, из-за больших расстояний между звездами вероятность столкновения звезд оказывается ничтожной. Однако, если бы где-то во Вселенной и произошло столкновение звезд, эта катастрофа осталась бы лишь местным явлением и никак не означала бы космической катастрофы, не означала бы конца мира.
 
Английский астроном Ф. Хойл исследовал очень важный процесс, которому современная астрономия придает большое значение,— процесс захвата звездой рассеянной в пространстве материи. Но откуда взялась эта рассеянная материя? Во взглядах Ф. Хойла на этот вопрос проявилась метафизическая ограниченность: он не сумел вскрыть противоположных процессов, происходящих в развитии материи во Вселенной. Он признает только один процесс, при котором звезды образуются из рассеянной материи. Примитивно и прямолинейно понимая развитие небесных тел, он пришел к выводу, что, наблюдая процесс звездообразования, мы в конечном счете придем к такому исходному явлению, которое нельзя истолковать научно, естественным путем, и якобы вынуждены будем признать чудо, божественное творение мира. Идеалист Мак-Кри так выразил логику этого рассуждения: «Здесь (в вопросах космогонии.— И. Н.) не может иметь места причинная трактовка в смысле физики подлинного творения. Если творение материи причинно обусловлено, как можно себе представить, определенными физическими условиями, тогда подлинное творение есть сотворение этих условий, и мы не должны даже пытаться дать здесь физическую теорию»
 
Не умея понять двусторонний характер взаимодействия звезд и рассеянной материи (согласно современным данным, звезды могут образовываться из рассеянной материи, а рассеянная материя в свою очередь образуется из разрушающихся звезд), Ф. Хойл и его последователи вопреки науке рассуждают так: звезды образуются из рассеянной материи, а сама рассеянная материя творится богом из ничего.
 
Подобную же непоследовательность и несостоятельность мы видим и в гипотезе Вейцзеккера. Он выдвинул плодотворную мысль о том, что в движении звезд следует видеть остаток тех движений, которые имела рассеянная материя в момент образования из нее звезды. Но чем же объяснить движение этой рассеянной материи? Не владея диалектическим методом и упрощенно подходя к движению материи во Вселенной, Вейцзеккер не учитывает того, что движение рассеянной материи связано с движением тех звезд, от разрушения которых получилась сама эта рассеянная материя. Вейцзеккер в сущности приходит к антинаучной и давно опровергнутой идее «первотолчка», божественной силы, приводящей Вселенную в движение. Он утверждает, что под действием бога Вселенная стала «расширяться» (здесь используется, как мы видим, мистическая идея аббата Леметра), в ходе этого «расширения» рассеянная материя приобрела новое движение, которое привело к сгущению материи в звезды и которое проявляется в нынешнем движении звезд.
 
Современный астроном-материалист Лейтон в полемике против одного из сторонников идеи катастрофического развития Вселенной, Литтлтона, отметил: «Очевидно, защитники катастрофической теории в глубине души являются религиозными людьми, которые неизменно ополчаются против множественности обитаемых миров и, следовательно, против всякой теории, не предполагающей почти единственности нашей солнечной системы: при этих обстоятельствах крайняя невероятность становится основой теории, и можно даже говорить о возвращении к «верю, ибо это нелепо».
 
Так некоторые ученые современного капиталистического общества, не освободившись от религиозных взглядов и пытаясь примирить науку с религией, даже плодотворные научные идеи подчиняют религиозным догмам, оказываются в плену «разжиженной теологии».
 
Современная наука подтверждает диалектико-материалистический взгляд на природу и полностью опровергает религиозно-идеалистические воззрения. На основе новых открытий наука пришла к выводу, что если в какой-то части мирового пространства в какое-то время происходит образование небесных тел из рассеянной материи, то в другой части бесконечного пространства совершается превращение компактных небесных тел в рассеянную материю. Этот вечный «круговорот» материи во Вселенной нельзя понимать как простое повторение одних и тех же явлений, как движение по кругу, как простое топтание на месте. Этот процесс осуществляется по-разному в постоянно меняющихся с течением времени условиях.
 
Процесс образования одних звезд и разрушения других продолжается и в наше время. Метафизическая идея астрономов Ф. Хойла, Вейцзеккера и некоторых других о том, что все звезды образовались одновременно и что образование новых звезд больше уже невозможно, полностью опровергнута современной наукой. Советский ученый В. Амбарцумян сделал предположение, что звезды образуются и в нашу эпоху. Это предположение получило подтверждение. В 1947 году В. Амбарцумян, Б. Е. Маркарян и их сотрудники открыли скопления «молодых» звезд, названные звездными ассоциациями. Доказано, что возраст этих звездных ассоциаций не превышает нескольких миллионов лет, а это по астрономическим масштабам очень немного.
 
Исключительно важное мировоззренческое значение имеет проблема образования планет. Несомненно, что и многие другие звезды, а не только наше Солнце, имеют около себя спутников — планеты. Тем самым опровергается библейский рассказ об исключительности Земли как обители живых существ. Жизнь вполне возможна и на других планетах.
 
Наиболее отвечающей современной науке гипотезой, вскрывающей процесс образования планет и объясняющей большинство фактов, известных из наблюдений над солнечной системой, является гипотеза, выдвинутая О. Ю. Шмидтом и разработанная его учениками и последователями. В 1944 году О. Ю. Шмидт опубликовал работу «Метеоритная теория происхождения Земли и планет». Согласно этой гипотезе около 7 миллиардов лет назад наше Солнце попало в огромное газо-пылевое облако. Вследствие силы притяжения Солнце захватило часть рассеянной в этом облаке материи, и после выхода из газо-пылевого облака вокруг Солнца образовалось метеоритное облако. Двигаясь хаотически, частички этого облака постепенно соединялись вместе, образуя более крупные массы, а облако делалось все более и более плоским. Когда метеоритное облако приняло форму плоского кольца, вращающегося вокруг Солнца, в нем стали образовываться более крупные сгущения, вокруг которых впоследствии сконцентрировалось все вещество, содержавшееся в облаке. Так в ходе распада метеоритного кольца образовались крупные спутники Солнца — планеты.
 
Гипотеза О. Ю. Шмидта хорошо объяснила такие особенности солнечной системы, как обращение всех планет вокруг Солнца в одну сторону, вращение планет в ту же сторону вокруг своей оси и многие другие факты. Некоторые проблемы, связанные с выяснением механизма естественного процесса образования планет, еще не получили разрешения в теории О. Ю. Шмидта. Советские ученые космогонисты Фесенков и другие разработали достаточно полную и убедительную картину естественного, образования солнечной системы.
 
Вопроса же о том, происходят ли космические процессы с участием сверхъестественных божественных сил, для современной науки не существует. Этот вопрос окончательно и бесповоротно решен наукой в том бесспорном смысле, что все процессы во Вселенной, какими бы непонятными они ни казались, происходят естественным путем, потому что богов и других сверхъестественных сил не было и нет.
 
Источником энергии звезд являются ядерные реакции. К ним относится реакция соединения ядер водорода в ядра гелия. Осуществление этой реакции на Земле особенно убедительно показывает, что энергия звезд носит естественный характер, что ничего мистического, таинственного, божественного в мире звезд нет.
 
Религия догматично, то есть бездоказательно, утверждает, что живые существа созданы богом. Наука давно уже опровергла это и показала, что жизнь является результатом естественного процесса возникновения и развития белковых тел.
 
Сторонники религии в защиту библейского учения о возникновении жизни через сотворение ее богом использовали то, что до последнего времени наука не знала, как на Земле образуются органические соединения, то есть соединения углерода с другими . веществами. Было известно, что органические соединения образуются благодаря живым существам. На этом основании идеалисты и теологи (богословы) говорили, что углеводороды естественно возникать не могут, что они создаются только растениями, а растения созданы богом.
 
Современная, наука убедительно показывает, что углеводороды могут образовываться и независимо От живых существ, абиогенно. На звездах и на Солнце с помощью спектрального анализа было обнаружено некоторое количество углеводородов. На Юпитере также имеется углеводород (метан СН4). А известно, что ни на раскаленном Солнце, ни на холодном Юпитере жизни быть не может. Следовательно, углеводороды на этих небесных телах образовались абиогенно, без участия живых существ.
 
На Земле тоже открыты углеводороды, происшедшие абиогенным путем. Широко известны такие неорганические соединения углерода, как карбиды, то есть соединения углерода с металлами. Еще Д. И. Менделеев предполагал, что при взаимодействии с водой карбиды могут давать углеводороды. И действительно, в местах, где на поверхность Земли выходит минерал когенит, содержащий карбиды, обнаружены углеводороды.
Эти факты позволяют сделать вывод, что еще задолго до появления жизни на Земле происходило образование большого количества углеводородов при взаимодействии карбидов с водой. В ходе дальнейшего естественного развития химических процессов на Земле молекулы простейших углеводородов, объединялись в молекулы более сложных органических веществ, что и привело к возникновению живого белка, а в дальнейшем— к возникновению сложных живых существ.
 
Еще в XIX веке русский химик Бутлеров искусственно осуществил синтез сахара из более простых углеводородов. Современная наука производит синтез аминокислот — веществ, которые являются как бы кирпичиками белковых молекул, а белковые молекулы являются носителями жизни. Из аммиака, водорода, метана и воды в лабораториях сейчас синтезируют, создают аминокислоты (составные части белковых молекул). Эти лабораторные опыты практически доказывают материальность, естественный характер процесса возникновения белковых тел, то есть жизни.
Молекулы аминокислот в белковой молекуле связаны в длинные цепочки. Как же осуществилась в природе связь аминокислот в белковую молекулу? На этот вопрос отвечают очень важные для развития науки о жизни опыты, в частности опыты советского ученого Бреслера. Он осуществил синтез аминокислот в белковоподобные соединения под давлением примерно в 7 тысяч атмосфер.
 
Подобные процессы происходили на Земле и в естественных условиях. В глубинах океана наблюдается высокое давление. Естественно образовавшиеся углеводороды привели к возникновению аминокислот, а аминокислоты под действием огромного давления на дне океана синтезировались в белковые молекулы. Растворяясь в воде, белковые молекулы образовывали так называемые коацерватные капли (от латинского слова coacervatus — собранный). Вот эти ро» белковых молекул, коацерватные капли, имеют своеобразное внутреннее строение, как-то обособлены от среды и взаимодействуют с нею.

При взаимодействии коацерватной капли со средой происходят и процессы синтеза и процессы распада. Если процесс распада идет быстрее, то коацерватная капля разрушается. Сохраняются те капли, в которых процесс синтеза и разрушения уравновешивается. Происходит как бы естественный отбор наиболее жизнестойких капель. Эти капли не только относительно устойчивы, но и способны к росту, В процессе роста, достигнув известной величины, они могут делиться на дочерние капли. А из коацерватных капель в течение миллионов лет возникли белковые тела, способные к обмену веществ. Так естественно возникла новая закономерность, неизвестная в мире неорганической природы,— естественный отбор коацерватных капель в ходе обмена веществ. На этой основе и возникла жизнь, то есть обмен веществ белковых тел с окружающей средой.
 
В дальнейшем структура белковых тел усложнялась, и бесклеточный живой белок превратился в живую клетку. В течение многих миллионов лет развития из одноклеточных возникли многоклеточные организмы. К началу палеозойской эры (то есть эры «древней» жизни) живые организмы бурно развиваются сначала только в воде, а во второй половине этой эры растения и животные начинают заселять сушу. Появляются земноводные животные и пресмыкающиеся. После палеозойской эры, длившейся около 325 миллионов лет, наступила мезозойская эра (эра «средней» жизни, около 115 миллионов лет) — период широкого распространения пресмыкающихся, когда существовали гигантские ящеры. В конце мезозойской эры появились птицы и млекопитающие. Так началась (около 70 миллионов лет назад) кайнозойская эра, которая продолжается и сейчас.
 
В процессе развития и приспособления к условиям внешней среды у многоклеточных животных появились специальные клетки, лучше всего отражающие воздействия внешней среды и помогающие животным ориентироваться в окружающей обстановке. Это — нервные клетки. В ходе дальнейшей эволюции организмов нервные клетки постепенно соединялись и образовали нервную систему, а на более высоких ступенях животного мира, у наиболее высокоорганизованных животных, образовался высший отдел нервной системы — головной мозг.
 
Известно, как враждебно отнеслась церковь к учению Дарвина о происхождении человека из животного мира. Религиозные фанатики ополчились против утверждения Дарвина о происхождении человека от вымершей породы человекообразных обезьян. Но когда были обнаружены останки древнего человека на разных стадиях его развития, то положение Дарвина получило практическую проверку, а религиозному учению был нанесен новый удар. Археологи в различных местах Земли находят все новые останки древнего человека, все новые промежуточные ступени между животным миром и современным человеком. Это подтверждает учение Дарвина о происхождении человека из мира животных.
 
В ходе эволюции обезьяноподобные предки человека, жившие до того на деревьях, вынуждены были вследствие изменения условий спуститься с деревьев на землю. Приспосабливаясь к внешней среде, они приобрели вертикальную походку, а освободившиеся при этом верхние, конечности использовали для трудовых операций, для добывания пищи и для производства орудий труда. Так обезьяноподобные животные, начав создавать орудия труда, постепенно превратились в людей. Естественным путем, без всякого мистического божественного сотворения развитие животного мира привело к появлению человека, человеческого общества.
 
Ныне учение Дарвина торжествует, а церковное учение о сотворении человека богом полностью опрбверг-нуто. И вот католическая церковь в специальной энциклике (послании) папы римского Пия XII в 1950 году пишет: «Церковь не запрещает эволюционного учения, которое исследует, не произошло ли человеческое тело из существовавшей ранее живой материи, что при современном состоянии науки и теологии является предметом исследований и дискуссий. Но католическая вера обязывает нас придерживаться мнения о непосредственном творении души богом...»
 
Таким образом, церковь вынуждена признать дарвинизм, хотя и в дискуссионном порядке, и оговаривает лишь сотворение «души» богом. Но ведь немного лет назад церковники и слышать не хотели о дарвинизме! За пропаганду дарвинизма американские власти по призыву церковников отдали учителя средней школы Скоппса под суд.
 
Мы многого еще не знаем об окружающем нас мире, многие явления природы еще не подвластны человеку. Но, руководствуясь проверенным тысячелетней практикой материалистическим мировоззрением, наука доказывает, что, каковы бы ни были те диковинные явления, с которыми мы можем столкнуться в будуще, они имеют материальную природу и будут объяснены наукой естественным путем, без всякого участия божественных сил.
 
В течение многих веков неизученность психических явлений и трудность их объяснения религия использовала для проповеди божественного происхождения духовной деятельности людей. Ныне наука дала материалистическое объяснение духовной деятельности как естественной деятельности мозга.
 
Много мистического вздора распространяли защитники религии и идеалисты относительно так называемого «чтения мыслей». Как человек, не получая устных или письменных указаний, может выполнить действие, которое задумано другим человеком? Конечно, только в силу существования сверхъестественной души, данной человеку богом, заявляли сторонники религии. Но ученые подметили, что «чтение мыслей» осуществимо лишь тогда, когда отгадывающий держит человека, задумавшего го или иное действие, за руку. Американский ученый Бэрд еще в XIX веке материалистически объяснил это загадочное явление. Оказалось, что, когда человек задумает какое-нибудь действие, он невольно делает небольшие движения, и человек наблюдательный, специально тренированный, держась за его руку, может по этим невольным движениям отгадать мысль о задуманном действии; Такие движения получили в науке название идеомоторных.
 
В том, что идеомоторные движения действительно существуют, любой человек может убедиться, проделав несложный опыт. Если взять в руку и держать небольшой грузик на веревочке и задумать, что он вращается слева направо, то через некоторое время можно заметить, что грузик действительно вращается в этом направлении. Чем это объясняется? Дело в том, что, думая о движении грузика, мы незаметно двигаем рукой именно в этом направлении. Этот опыт практически доказывает, что ничего мистического, сверхъестественного в так называемом «чтении мыслей» нет.
 
Мы видим, что наука успешно решает сложнейшие мировоззренческие проблемы, которые с давних времен были ареной идейной борьбы, споров между религией и наукой. Эти споры решены и решаются полностью в пользу науки. Современная наука убедительно показывает, как естественно, под действием реальных природных сил возникла наша планета Земля, как возникла жизнь на Земле и как появились люди. При этом наука подчеркивает, что подобные процессы не являются исключительным достоянием одной лишь Земли, они могут происходить и в других планетных системах.
 
Вселенная материальна. Мир един и представляет собой материю, развивающуюся в безграничном пространстве бесконечное время. В мире нет ничего, кроме материи и ее проявлений,— вот тот глубочайший мировоззренческий вывод, к которому приводят человеческая материальная практика и наука. Хорошо сказал советский поэт Щипачев в стихотворении «Читая Д. И. Менделеева»:
 
 
Другого ничего в природе нет Ни здесь, ни там, в космических глубинах:
Все — от песчинок малых до планет —
Из элементов состоит единых.
 
 
Все явления и процессы, которые раньше казались загадочными, являются результатом развития материи и объясняются естественными причинами.
Религиозная идея сотворения мира и человека богом опровергнута наукой и практикой. Великая плодотворная идея вечного развития материального мира подтверждена всей многовековой практикой человека и доказана развитием науки.
 
Как в прошлом рухнули попытки церкви «пресечь», «подарить» науку, так в современную эпоху рушатся попытки примирить религию с наукой.
Потомки средневековых инквизиторов уже не претендуют на полное «искоренение» сил разума, они лишь надеются отвести от религии угрозу полного уничтожения. Выражая стремление современных реакционеров приспособить религию ко все возрастающим достижениям науки, орган Ватикана во Франции газета «Круа» писала: «Владения разума растут, но и вера при этом не подвергается угрозе».
 
Однако никакие ухищрения защитников религии и их союзников из идеалистических философских школ не в силах остановить прогресс научного познания и торжество разума и науки над религиозной верой.
 
Решающий аргумент против идеализма и религии — это практика и постоянно возрастающее могущество человека, его труда. Человек — не безвольный раб стихийных сил, а активный и сознательный деятель, познающий природные и. общественные силы и подчиняющий их, становящийся их властелином.
 
Мир безграничен, но он материален, и безгранична сила человеческого разума, познающего мир. Познавательный процесс бесконечен, но познание начисто отрицает все выдумки о сверхъестественный силах, о боге и божественных чудесах. Наука никогда не говорит, что ей уже все ясно, но она упорно и настойчиво проникает во все тайны мира, не оставляя никакого места для религиозных предрассудков.

 
Новик Илья Бенционович. 1958 г.

«Моя вера – это вера в то, что счастье человечеству даст прогресс науки»

Иван Павлов

Файлы

Фольклор в Ветхом завете

Научные основы качественного долголетия и антистарения

Глаз и мозг. Психология зрительного восприятия

Партизанская война